Лиза Мартинес, детектив из участка в Сильвер-Лейке, обнаруживает, что ее младший брат Карлос связался с бандой, торгующей фентанилом из заброшенного автосервиса на окраине Лос-Анджелеса. В кармане его джинсовой куртки, забытой в ее квартире, она находит ключ от склада с логотипом местной сети прачечных. «Ты вообще представляешь, что будет, если тебя найдут?» — шипит она, втискивая ему в руку
Мело, 16 лет, каждое утро перед школой разгружает коробки с консервами в *«Wavebreak Diner»* — семейном кафе на окраине Сан-Крус. Её рыжие волосы вечно пахнут растительным маслом, а под ногтями застревают крошки от печенья, которое она тайком доедает за стойкой. После третьей смены подряд она спорит с Лизаветой, своей соседкой: *«Если я ещё раз услышу этот звонок микроволновки, сбегу в Мексику»*.
Джони, 17 лет, с ДЦП, живёт в интернате Святой Марии под Бирмингемом. Каждое утро медсестра Эванс будит её резким стуком в дверь: "Подъём, лентяйка! Туалет через пять минут". В столовой пахнет пригоревшей овсянкой, а сестра-администратор Маргарет пересчитывает ложки, чтобы "никто не стянул". Джони замечает, как новый санитар, Майкл, прячет в шкафчике бутылку виски, но молчит —
Джейкоб Райс, бармен из Филадельфии, каждую ночь протирает стойку в «The Rusty Anchor», где пахнет прокисшим пивом и жареным арахисом. Его друг детства, грузчик Эдди, вечно подкалывает: «Опять в рубашке с пятном? Девчонки подумают, ты у нас поэт неудавшийся». В четверг, вынося мусор в переулок за баром, Джейкоб слышит, как местный застройщик Карл Бриггс в кожаном пальто шипит в телефон: «Если
Лиам, рыжий парень с вечно помятым свитером, каждое утро покупал два капучино в кафе на углу 5-й авеню. Одну кружку он оставлял на столике у окна, где сидела Эмма — девушка в очках с треснувшей дужкой, которая пялилась в ноутбук, пока не замечала его. «Ты опять забыл шарф?» — бросала она, не отрываясь от экрана, когда он садился напротив. Их разговоры вращались вокруг лекций по квантовой физике,
Лиза, медсестра из клиники в пригороде Чикаго, каждый вечер забирает с продлёнки 8-летнего Ноя, чьи кроссовки вечно в грязи после футбольного поля. Дома её ждёт Джейк — он три часа назад должен был забрать сушилку из ремонта, но вместо этого сидит с пивом перед повтором бейсбола. *«Кредитка опять не прошла в аптеке, — бросает Лиза, разгружая пакеты с антидепрессантами для матери. — Ты же звонил
Лиза Морган, загружая посудомойку, заметила треснутый экран телефона мужа — сообщение от «Клиент №4»: *«Склад в порту. Завтра в 10. Без опозданий»*. Она притворилась, что не видела, но вечером, пока Грег спал, пролистала его переписку с незнакомыми номерами. В гараже, под ящиком с инструментами, нашла пачку наличных с резинкой. «Чёрт, — прошептала она, услышав скрип двери. — Он же бухгалтер в
Лена, копирайтер в рекламном агентстве на Мэдисон-авеню, трижды за утро перезагружала компьютер, пока Марк из отдела аналитики не подкинул ей бумажный стаканчик с кофе. «Сахар две ложки, как в прошлый раз?» — ухмыльнулся он, замечая, как она стряхивает крошки печенья с клавиатуры. В подсобке, куда они забегали между совещаниями, Лена случайно задела стеллаж с архивными папками. «Думаешь, если я
Фердинанд, в мятом пальто и с сигаретой в зубах, копается в архивах полицейского участка на окраине Берлина. Его напарник Карл, в засаленной куртке, тычет пальцем в фото убитого инженера с татуировкой «V-72» на шее. «Опять эти цифры… Как в деле про ту женщину с фабрики», — бормочет он, разливая холодный кофе из термоса. Фердинанд находит письмо 1943 года между страницами старого журнала: его дед,
Лена Морено, парикмахер из Чикаго, каждое утро заезжает в *Diamond Cuts* на углу 5-й авеню, чтобы открыть салон до шести. Её клиентка Рози, владелица лавки с пряностями через дорогу, всегда просит «как в прошлый раз» — карамельные блики на чёрные корни. «Ты же знаешь, мой Эддир любит, когда я похожа на ту певицу… как её?» — бормочет Рози, листая журнал с потрёпанными уголками. В подсобке вечно
Ли Руо, дочь аптекаря из провинции Сычуань, каждое утро раскладывала пучки сушеного женьшеня и горького аконита на прилавке. В душном воздухе витал запах корицы, когда в дверь врезался Цзян Хао, офицер с потертым нашивным знаком 8-й армии. Он схватил её за запястье, спрятав за стойкой от патруля: «Ты слишком доверяешь незнакомцам», — прошептал, сунув в ладонь свёрток с письмами для подполья.
Сундаран, парень из рыбацкой деревни под Каньякумари, влезает в долги, чтобы оплатить лечение сестры Майи, которая внезапно теряет зрение. Вместо благодарности девушка исчезает из больницы, оставив только смятую записку: *«Они сказали, я всё испорчу»*. Сундаран шарит по её комнате в старом доме с треснувшими стенами, пахнущим кокосовым маслом, находит билет на автобус до Ченная под кроватью. В