В старом кафе на Мейн-стрит, 14-летняя Лора Квинн роется в рюкзаке, вытаскивая потрепанный блокнот с зарисовками летучих мышей, которых она видела возле заброшенной мельницы. Её старший брат Итан, в застиранной футболке с логотипом хоккейной команды, тычет пальцем в пятно ржавчины на стене: «Это не вода. Вчера вечером оно светилось, как чернила». За соседним столиком бармен Гас, чистя пивные
Лена Моррис, 17 лет, каждое утро завтракает в кафе "Санрей" на углу 5-й улицы, пока её младший брат Джейкоб ковыряет вилкой остывшие тосты. Она случайно находит в рюкзаке отца, астрофизика, странный прибор с надписью «Хроно-12» — тот трещит статикой и оставляет ожоги на ладони. В школьной лаборатории, пока учитель химии ругается с охранником из-за сломанного вентиля, Лена подключает
Эдуардо, 28 лет, курьер в Сан-Паулу, каждый день объезжает районы Пиньейрос и Вила-Мадалена на потрёпанном мотоцикле *Honda CG 150*. Замечает, что в конвертах для адресата "М. Рибейро" вместо документов иногда попадаются обрывки стихов. Однажды решает задержаться у дверей квартиры на Rua Aspicuelta — застаёт Монику, 25 лет, в футболке с принтом Radiohead, которая вытирает кисти тряпкой
В Блэкстоуне шериф Картер находит у дороги перевернутый грузовик с выжженным символом — три перекрещенных ножа. В сарае Лизы, младшей сестры Деймона, за стеной с отслоившимися обоями скрипит ящик с его старыми вещами: ржавый кастет, фото 2003 года с ярмарки, дневник в кожаном переплете. "Ты даже не смотрел в папку, да?" — бросает она шерифу, пока тот ковыряет сапогом трещину в полу. На
Лайза Морроу, тридцатилетняя журналистка из провинциальной газеты в Рокфорде, штат Иллинойс, случайно находит в подвале редакции коробку с плёнками от старого проектора. Среди них — интервью 1987 года с местным инженером-электриком Грегом Фоули, который перед смертью утверждал, что чинил оборудование для «подземной обсерватории» где-то возле озера Делаван. Её напарник, бывший хакер Сэмюэл «Сэм»
Марта, пенсионерка в коричневом плаще, каждое утро раскладывает крошки для голубей у ржавой скамейки возле озера. Рядом Эрнё, бывший учитель математики, теперь живущий в палатке за кустами сирени, копается в мусорных баках, пока дворники не гонят его метлами. «Опять эти крошки на скамейке, — бурчит уборщица Илдико, зачерпывая мусор в мешок, — как будто парк — столовая». Марта молча поправляет
В Киеве Олександр, плотник с облупленными ногтями, находит в стене старого дома на Подоле письма 1943 года, адресованные женщине по имени Марта. Он звонит сестре Лине, которая работает в берлинской клинике: «Тут чернила выцвели, но почерк — будто вчера писали. Приезжай, пока сосед сверху не залил квартиру». Лина, откладывая стопку историй болезней с желтыми стикерами, покупает билет на поезд
Элла, кондитер из Бруклина, в разгар приготовления партии трюфелей замечает, что в поставке какао попадаются странные кристаллы. «Ты уверена, что это не специи?» — спрашивает Люси, её соседка-бариста, разглядывая крупинки под светом гирлянд в кафе *Bean & Bite*. Элла молчит, растирает образец между пальцев — остаётся красноватый след. Ночью она пробирается на склад импортёра на 5-й авеню,
Марта, криминальный психолог из мадридского участка на Calle Mayor, разбирает коробку с архивными делами 1998 года. Запах плесени смешивается с кофе, который она держит в левой руке. На обороте фотографии жертвы с надрезом на запястье она замечает дату: *12 октября*. "Хавьер, смотри — у новой жертвы из парка Ретиро та же отметина", — перебивает его рассказ о вчерашней драке в баре *El
Фрэнни Лэнгтон, чернокожая женщина с шрамами от ожогов на запястьях, стоит в зале суда Олд-Бейли. Её обвиняют в убийстве Джорджа Бенхама, владельца дома на Беркли-сквер, и его жены Маргарет. Свидетели тычут пальцами в её потрёпанное платье с пятнами чернил. В кармане Фрэнни зажат обрывок страницы из книги «Анатомия страсти» — подарок Элизабет, младшей дочери Бенхамов, которая учила её читать по
Пороро копался в мастерской Эдди, пытаясь починить сломанный снегоход. Ледяной ветер завывал за дверью, а Кронг, укутанный в шарф с оленями, разглядывал странные царапины на стене сарая. "Смотри, тут как будто когтями драли!" — прохрипел он, тыкая варежкой в глубокие борозды. Эдди, не отрываясь от паяльника, бросил: "Медведи так не царапают. У них когти короче". Вечером Лупти,
Лиам, 17 лет, каждое утро пробирается через заросший ивняк к Старому мосту, чтобы проверить самодельные ловушки для раков. В ржавой банке из-под кофе он хранит ключи от грузовика деда — синего «Форда» 1988 года, который вечно пахнет бензином и рыбой. 12 октября, споткнувшись о корягу, он натыкается на треснутый керамический кувшин с гравировкой в виде спиралей. «Чё за хлам…» — бормочет он,