Нараяни, в синем хлопковом сари с выцветшими узорами, каждое утро раскладывала на рынке перезрелые помидоры и связки бананов. Рядом с её лотком сын Абхиманью, 14 лет, в школьной форме с оторванной пуговицей, пересчитывал монеты из жестяной коробки. "Мама, Динеш-дядя опять требует аренду за место — 200 рупий к завтрашнему дню", — бормотал он, пряча глаза. Вечером, за штопкой соседских
Лиам, 19-летний студент из Чикаго, подрабатывает в кафе «Молотый боб», где замечает Зою — рыжеволосую художницу, которая каждую среду рисует акварелью за угловым столиком. Он тайно регистрируется в приложении LoveHacks под ником *MidnightGuide*, давая советы по отношениям, хотя сам ни разу не был в паре. Зоя, работая в библиотеке на 5-й авеню, случайно обнаруживает его секрет, когда видит
Адити, студентка-архитектор из Мумбаи, застряла в пробке на мосту Ворли. В салоне авторикши пахло пережаренным маслом, а водитель ругался на таксиста, перегородившего путь. Она опоздала на лекцию, уронила папку с чертежами — бумаги разлетелись по тротуару. Викрам, парень в выгоревшей футболке с логотипом старой рок-группы, подобрал лист с эскизом храма. «Ты рисуешь как мой дед-реставратор из
Линь Сяо задерживается после пар, переписывая конспекты в библиотеке с треснувшими окнами. Рядом Чэнь Юй складывает учебники по архитектуре в рюкзак с оторванным ремнем, бормоча: «Завтра опять лекция у старика Ли — без чертежа не пустит». По дороге к общежитию они забегают в кафе с красными стульями, где Мэйли, в фартуке с пятном от кофе, разливает рамен. «Ты снова пропустила пары?» — Линь тычет
Лера, в розовой куртке с оторванным карманом, толкает Макса в плечо: «Ты вообще карту гуглил или мы по кругу ходим?» УАЗик с проколотым колесом остался у развилки, на заднем сиденье — рюкзаки с банками тушенки и пачкой «Доширака». Гоша, щурясь в экран смартфона, бормочет про разрядившийся пауэрбанк. Катя, обмотав шею шарфом с елочками, ковыряет ножом ржавую консервную банку. Вова, в кепке с
Игорь, грузчик из Подола, в рваной спецовке находит в старом серванте отца конверт с обгоревшим фото гаража и координатами «49°50’N 24°03’E». Его брат Вова, таксист с чеком из автосервиса на панели «Октавии», тычет пальцем в карту: «Тут теперь ТРЦ «Форум», там даже бетономешалки стоят. Он что, в фундамент замуровал?» Настя, подруга Игоря, парикмахерша с розовым мелированием, перебирает ключи от
Джеймс Харпер, 47 лет, вальцует металл на заводе «Грейсон Индастриз» в Детройте. Каждое утро он замечает, как ржавые ворота цеха скрипят сильнее, а в раздевалке пахнет перегоревшим маслом и дешёвым кофе из автомата. Дочь Эмили, 16, рисует граффити на заброшенном складе, пока он на смене. «Пап, Чейз зовёт в Чикаго — там студия диджеинга», — говорит она, закатывая рукав, чтобы показать новые
Дейзи Морено, 17 лет, в подвале старого дома на окраине Альбукерке нашла коробку с письмами отца, который исчез пять лет назад. Вместе с соседом-гимнастом Ричардом «Ричи» Вальдесом они расшифровывают обрывки фраз про заброшенную лабораторию в пустыне: *«Если читаешь это — я не смог остановить цепную реакцию. Ищи код 44-22-31 в резервуаре С»*. Параллельно младшая сестра Дейзи, София, замечает в
Лиза, рыжая пятнадцатилетняя блогерша с треснутым экраном iPhone, первой заметла пыльную табличку «Добро пожаловать в Браунтаун» на въезде. Её младший брат Карлос, в наушниках с оторванным правым динамиком, упёрся в ржавый автомат с газировкой: «Слушай, тут кнопка «Колы» залипает. Это знак — город-ловушка». В пансионе «Синий клен» их встретила миссис Гловер в фартуке с пятнами от черничного
В старом доме в Массачусетсе, 17-летняя Эмили Диккенсон прячет исписанные листки под половицей, пока ее мать Маргарет стучит в дверь: «Обед остывает, а отец не любит ждать». За столом Эдвард Диккенсон, адвокат с ледяным взглядом, разбирает почту — газеты, счета, письмо от сына Остина, который учится в Гарварде. Младшая сестра Лавиния шепчет Эмили: «Ты опять в саду ночью сидела? У тебя сажа на
Лукас Гама, ветеринар лет тридцати с шрамом над левой бровью, возится с дворнягой в клинике на окраине Сан-Паулу. Его клиника — треснувшее здание с вывеской *"Clínica Vet Gama"*, заваленное коробками глюкозы и воняющее антисептиком. По утрам он объезжает фавелы на потёртом скутере, высматривая раненых животных. *"Док, у Шакиры гноится лапа",* — кричит Мария, девчонка лет
В Медельине, в квартире над шумным рынком Пальмиры, сестра Камила, 17 лет, чинит старый транзисторный радиоприемник, пока ее брат Хуан, 23 года, разгружает ящики с бананами у грузовика. По вечерам они слышат голоса из радио — обрывки чьих-то разговоров на испанском и языке уитотов. «*Этот старик с третьего этажа опять свой магнитофон включает*», — ворчит Хуан, вытирая пот с шеи. Но когда Камила