Лина просыпается в подвале заброшенной аптеки на окраине Чикаго, зажав в руке пузырёк с оранжевыми таблетками. На стене — царапины, оставленные предыдущими жильцами: *"Они видят сквозь стены"*, *"Не включай свет после 22:00"*. Кай, её младший брат, разбирает консервы с истёкшим сроком годности. "Съешь хоть что-то," — бросает он, кидая банку со свинцовой этикеткой.
Элишка, студентка пражской академии искусств, каждое утро рисует Влтаву с Карлова моста, пока не сталкивается с Томашем — парнем в потрёпанной кожаной куртке, разносящим газеты. «Ты опять блокируешь тротуар», — бросает он, поднимая рассыпавшиеся листы с её эскизом рыжего пса. Элишка замечает шрам на его руке — след от ожога, который позже узнает на портрете в квартире Катержины, своей
Роланд Ребер каждую ночь проверяет, не моргает ли жёлтый неон у входа в «Чёрный тюльпан» — подпольный клуб на задворках Берлина. За пианино, которое никогда не настраивают, он спрятал труп мужчины в смокинге с нашивкой «Эрих». В гримёрке Лена Шульц, певица с хрипотцой от сигарет Pall Mall, нашла под половицей дневник с датами: «12.03: забрал чемодан с вокзала Zoo, 18.04: встреча у моста
Раджа, в заляпанной глиной рубахе, ковыряется в двигателе старого трактора за домом из красного кирпича. Его сестра Мэгха, обмотав конец сари вокруг талии, тащит ведро с водой из колодца: «Сангам из города звонил — опять про долг напоминал». На кухне мать растирает кокосовую пасту для самбара, ворча на ящерицу, шмыгнувшую за комод с медными чашками. В соседней деревне Прия, дочь торговца
В деревне Подгорье, заросшей каштанами, местная школьница Анна каждое утро собирает опавшие плоды в корзину из ивовых прутьев. Её сосед Марко, сын лесника, чинит забор у сарая, где сушится белье с запахом дыма. «Опять твой кот Васька воровал колбасу из погреба», — бросает он, забивая гвоздь. Анна отмахивается: «Сам вчера крошки со стола не убрал». По вечерам они варят варенье из терновника в
Адитья разбивает лампочку о бетонную стену склада в Дадаре — внутри находит свёрток с фотографиями и записями на хинди. «Три дня назад он торговал здесь рыбой, — говорит ему информатор Раджеш, жуя бетель. — Потом приехали двое в чёрных куртках, увезли в сторону набережной». В кармане убитого Адитья обнаруживает билет на автобус до Гоа с именем «Санджай Малик» и пятнами карри. Мира, его сестра,
В пригороде Портсмута старшеклассница Алексис Морган каждое утро рисует на руке цифры — отсчитывает дни до выпуска. Её сосед Джейден Коул, парень с гитарой за спиной, замечает это в школьном автобусе: *«Сбежишь раньше, чем чернила сотрутся?»* — усмехается он, показывая свой собственный татуированный счётчик на запястье. Алексис подрабатывает в закусочной *«Грейс»*, где за барной стойкой Майя
Джеймс Райдер, 34 года, инженер-электрик из Бостона, три года живет в съемной однушке с треснувшим окном, выходящим на автостоянку. По утрам он заваривает растворимый кофе «Maxwell House», пока лифт в хрущевке стучит колесами. На работе в GreenVolt Corp. коллега Лиза, в розовой кофте с капюшоном, спрашивает: *«Ты проверил схему подстанции на 5-й улице? Клиент звонил дважды»*. Джеймс кивает,
Викас, 32 года, каждое утро покупает *чай с кардамоном* у ларька возле вокзала Чхатрапати Шиваджи. В ржавом шкафу его однокомнатной квартиры в Дхарави, между пачками старых счетов и фотографией отца, лежит пистолет с глушителем. «Опять ночные смены?» — спрашивает мать по телефону, пока он чистит кровь с ботинка тряпкой, смоченной в керосине. Радж, его связной, оставляет заказы в треснувшей
Аксель копался в гараже отца, пытаясь починить сломанный дрон, когда наткнулся на пояс с мигающим кристаллом. "Чего ты возишься с хламом?" — фыркнула его сестра Мадди, закатывая глаза. Пояс сам пристегнулся, превратив мальчика в метрового робота. На чердаке Бобби Блинк, орущий бластер в ковбойской шляпе, тут же выпалил: "Эй, новичок, если сломаешь диван — чинить будешь сам!"
Лина Марлоу, младший аналитик в стеклянной башне «КсеноТек» в Торонто, каждое утро тыкала в сломанный кофейный автомат на 14-м этаже. «Снова Out of Order», — бормотала она, разминая затекшую шею. В четверг, листая отчеты в Excel, Джереми из IT втиснулся в её кабинку: «Слушай, я на сервере старые файлы выловил. Типа, Project Phoenix. Там даты 2002-го, а доступ закрыт даже для меня». Лина скривила
Римуру, синеватая слизь с вечно улыбающейся мордочкой, копошился в складе с припасами, пересчитывая бочки с медовухой. Шиона, в своем привычном кимоно с подпалинами от готовки, тыкала пальцем в горшок с тушеной рыбой: «Слишком пресно! — ворчала она. — Даже Гобта не станет это есть». Гобта, огр с перебинтованной головой, как раз в это время гонял новобранцев-гоблинов по тренировочному полю, орал: