Марина Шустрова, сотрудница с пятого этажа здания на Лубянке, каждое утро застревала у кофейного автомата — кнопка «эспрессо» залипала. Сергей Петрович, её начальник с потрёпанной папкой под мышкой, ловил её в коридоре: «Шустрова, сегодня на съёмках споёте? Или опять техника подведёт?» Задание было простым: внедриться в телешоу «Утренний экспресс», где ведущий Артём Воронцов, в прошлом участник
В глухом лесу под Ванкувером брат с сестрой, Натан и Эмили, роют яму ржавой лопатой рядом с обгоревшим пнем. Натан, 12 лет, в кепке с выцветшим динозавром, тычет пальцем в самодельную карту: «Тут должны быть врата. Баркли попал в ад из-за нас». Эмили, натягивая свитер с капюшоном, сплевывает землю: «Папа говорил, дьявол любит дубы, а мы копаем у сосны». Ночью они натыкаются на каменный круг —
Ма Ёнри, в синей униформе уборщицы с пятнами кофе на рукаве, каждый вечер протирала полы в кабинете директора частной школы «Сонгвол». В старом дневнике дочери Соён, найденном под кроватью с потрёпанным плюшевым мишкой, она выделила красным имена: Ким Джихун, сын депутата, и Ли Минджу, учительница химии. «Вы точно платите за переработки?» — спросила она директора Пак Чжуна, случайно задев
Чан Мин, палеонтолог с потёртым блокнотом и привычкой жевать леденцы от кашля, натыкается на трещину в скале возле заброшенного карьера в провинции Кёнгидо. Его ассистентка, Соён, в розовых кроссовках и с термосом холодного кофе, тычет пальцем в странные отпечатки на глине: «Смотри, сюда ещё вчера дождь лил — а эти следы уже высохли». Ночью, пока они копали лопатой с треснувшей ручкой, из земли
Эйдан Мёрфи, рыбак с обветренными руками, каждое утро чинил сети в сарае за домом, пока его жена Сиара развозила по фермам свежее молоко. Их восьмилетняя дочь Мэйв собирала ракушки у подножия маяка в Балликасле, пока однажды не принесла домой кусок ржавой цепи с буквами «T.D. 1921». «Это с парома, который утонул у скал», — пробормотал старик Патрик за стойкой паба «Кричащая чайка», вытирая пивную
Анна, медсестра из провинциальной больницы, обнаруживает в сумке брата Сергея пачку денег с запахом махорки. «Откуда?» — хрипит она, перевязывая ему порез от ножа. Он молчит, глядя на грязь под ногтями. Через час она уже стоит у киоска с чебуреками, где её муж Игорь, электрик с обвисшими плечами, пьёт пиво с местным бригадиром. «Твой братан влез не в то болото, — бормочет бригадир, вытирая жирные
Сэм Прайс, плотник с обветренными руками, обнаруживает трещину в стене их дома под обоями 1970-х. Его жена Энни, пахнущая химикатами с фабрики, перебирает квитанции на кухне: «Банк звонил опять. Через месяц забирают». Их дочь Кристал, 14 лет, кашляет в соседней комнате — астма обострилась из-за плесени. Сэм крадёт ключи от склада с инструментами, где работает, продаёт бензопилы и генераторы на
Лиза Морозова, студентка текстильного института, живет в обшарпанном общежитии на Васильевском острове. Ее соседка Марина, вечно жующая *барбариски*, разбрасывает по комнате обрезки ткани с арт-фабрики «Красный Октябрь», где подрабатывает ночным сторожем. После третьей чашки растворимого кофе Лиза случайно проливает воду на эскиз платья из переработанного фетра, который готовила для конкурса в
Лиам, 27 лет, художник-оформитель из Торонто, каждое утро заваривает растворимый кофе в треснувшей кружке с логотипом «Maple Leafs». В старом чемодане под кроватью он находит конверты с письмами от отца, который исчез десять лет назад после пожара на бумажной фабрике в Мидленде. В одном из писем — схема тоннеля под заброшенным мостом у реки Хамбер. «Там ответы, сынок», — написано корявым
В провинции Гуанси, под землей, пещера Цинлун заполнилась водой после проливных дождей. Командир Цзян Вэй, в чёрном гидрокостюме с потёртым нашивкой на плече, протискивается через узкий проход, задевая каменные выступы. Его напарник Лю Чен, с фонарём на каске, светит в мутную воду: "Здесь течением снесло маркеры — идём на ощупь". По рации трещит голос: "Дети в гроте на
Джереми, в мятом футболке Nirvana, пинает сломанный диван в гостиной съемочной квартиры под Ванкувером. Джейсон, с гелем в волосах, кричит: «Ты опять не вынес мусор? Тут воняет, как в общежитии!» За окном — декабрьский дождь, а на столе — пятна от пиццы с ананасами, которую продюсеры заставляют их есть для «химии». Колин, тихоня в очках, прячется в ванной, скрипя ручкой в блокноте: «Если я еще
Сэм, 23 года, в рваных джинсах и с татуировкой на запястье, моет полы в бруклинском кафе *Bean & Bass*, когда к ней подходит менеджер рок-певицы Риган Моррис. «Ты няня? — перекрикивает шум блендера. — Дети в лимузине. Два часа — 200 долларов». Сэм соглашается, но вместо пары часов её затягивает в хаос: Риган улетает на гастроли, оставляя подростка Харпер, которая красит волосы в ванной