Люсиль, пятнадцать лет, каждое утро переходит мост Сен-Мишель, чтобы добраться до лицея на улице Декарта. В рюкзаке — бутерброд с камамбером от матери, потёртый блокнот с рисунками Эйфелевой башни и билет на метро, который она постоянно теряет. После уроков задерживается у киоска с комиксами, где владелец, мсье Рено, ворчит: «Опять пялишься на "Астерикса"? Купи или проваливай». В парке
Эмиль, студент-архивариус из Парижа, копался в коробках возле букинистической лавки на углу улицы Лепик. Нашел потрепанный томик с пометками на полях: *«Ищи Лену в переулке Святого Павла»* и засушенным цветком мака между страниц. Продавец, хрипло смеясь, бросил: «Там, в 12-м округе, раньше бордель был — может, твоя Лена призрак?» В тот же вечер Лиза, реставратор из Берлина, разбирала письма
В Париже, за прилавком ювелирного магазинчика *Éclat de Lune*, Жюли поправляет цепочку с подвеской в форме полумесяца — подарок покойной матери. Рядом Сиран, в чёрной водолазке с закатанными рукавами, чистит щёткой замшелый браслет XIX века, брошенный клиенткой на ремонт: «Опять графиня де Ларош за своим хламом пришла. Говорила, если царапину не уберём, отсудит лавку». За дверью с витражным
Мари Жежель, учитель физики в парижском лицее имени Вольтера, каждое утро пробирается через пробки на старой «Пежо», жуя смятый круассан из пакета. Её класс — кабинет 305 с треснувшей доской и запахом затхлых учебников. Ученики вроде Сэма, который рисует граффити на парте, открыто игнорируют её объяснения закона Ома. «Месье, вы хоть понимаете, что ваши шутки глупее, чем КПД этой цепи?» — голос
Люка тащит сумку с багетами через переулок за булочной *Chez Martine*, спотыкаясь о треснутый плитняк. Его сестра Эмма, с сигаретой в зубах, рисует эскизы платьев на подоконнике мансарды в 5-м округе. «Опять ты в муке, как привидение», — бросает она, не отрываясь от ткани. По вечерам они толкутся у киоска на площади Пигаль, где Анри, их сосед-фотограф, продаёт снимки туристам. «Смотри, этот
Харольд, механик из брюссельского района Мароль, каждое утро завтракал в кафе «Ле Робен» на углу улицы Блас, разглядывая трещину на своей эмалированной кружке. В гараже, пахнущем отработанным маслом и старыми шинами, он копался в двигателе списанного Renault 5, когда к нему ворвалась Софи с перебинтованной рукой: *«Жан-Клод снова подкрутил правила — если не выиграешь завтра на канале, мастерскую
Лора, официантка из монреальского кафе *La Brume*, каждое утро перед сменой заворачивает дочь Эмили в шарф с оленями — подарок бывшего мужа. В подсобке, разгружая коробки с паштетом, она натыкается на Люка — гитариста местной группы, который прячет за ящиками бутылку виски. «Ты же играешь в восемь?» — бросает Лора, вытирая руки о фартук. Он хрипит: «Если найду замену барабанщику», — и высыпает на
Марвин, пятнадцатилетний парень с рыжими патлами, живет в Лионе с матерью-архитектором Изабель. Каждое утро он бежит к трамваю №4, опаздывая в лицей Анри IV, где его друг Луи втихаря рисует карикатуры на учителя философии. По четвергам после уроков Марвин моет посуду в кафе *Le Bistrot des Roses* — хозяйка Мадлен платит ему эклерами и шепчет: «Если разобьешь блюдце, вычту из зарплаты». Дома
В первой истории Лис, вечно голодный и неудачливый, воровал яйца из курятника, но курица Маргарита гоняла его вилами. Однажды он утащил яйцо, решив вырастить цыплёнка «на мясо». Вылупившийся птенец тут же назвал его «мамой», тыча клювом в мохнатую грудь. «Я тебя съем!» — рычал Лис, но цыплёнок требовал червяков и песен на ночь. В соседнем огороде Кролик и Утка, случайно сломав крыло аисту,
Элоиза, наследница французского престола, в дождливый четверг прячет под плащом коробку макарун из кондитерской на Монмартре. В Брюсселе Беатрис, младшая дочь бельгийского короля, перебирает документы о старых договорах с Британией, найденные в сыром подвале дворца. Их встреча в Лондоне на приеме в честь Виктории, кузины из Виндзорской семьи, оборачивается пьяным пари: «Проживи неделю в чужой
Лео, пятнадцатилетний парень в потрёпанных кедах, каждое утро звонил матери с таксофона у булочной на улице Риволи. Автомат глотал монеты, но отвечали только гудки. Рядом валялся рюкзак с консервами, которые он стащил из «Моноприкса» — супермаркет уже месяц стоял с разбитыми витринами. «Опять тухлятина?» — Додо, его младший брат, ковырял вилкой в банке тушёнки, сидя на крыше разграбленного
Лина просыпается в съемной квартире на улице Муфтар с резкой головной болью. На столе — разбитая чашка с остатками кофе и записка: *«Не выходи до вечера. — Марк»*. В кармане джинсов она находит билет в Лувр с датой прошлой недели и детский рисунок Эйфелевой башни, подписанный *«Для Л.»*. По дороге в булочную на углу она сталкивается с мужчиной в оливковом пальто. «Опять заблудилась?» — усмехается