Семь лет между матерью и дочерью. Семь лет, которые Кенна Роуэн провела в заключении, а её ребёнок рос без неё. Теперь она возвращается в родной город с одной целью: восстановить связь с Диэм. Но время не стоит на месте, и те, кто окружал девочку всё это время, не готовы пускать Кенну обратно в её жизнь. Каждая попытка приблизиться к дочери наталкивается на глухую стену недоверия и отчуждения.
В Нью-Йорке его боятся, в Куперстауне он свой. Для одних Анджело Дойла - хладнокровный наёмник, для других - тихий продавец и семьянин. Двойная жизнь требует железной дисциплины, но тело начинает давать сбои: память стирается, реальность двоится. Первые симптомы раннего Альцгеймера - не просто болезнь. Они ломают перегородку между двумя мирами, которую Анджело строил годами. Профессиональные
Скорбящая мать Сара мечется между явью и сном: её преследует образ автокатастрофы, унесшей дочь. Муж-абьюзер в коме, а собственное тело перестаёт подчиняться - снохождение затягивает в走廊 коридоры подсознания, где обитает неописуемое. Каждую ночь граница истончается, и жуткие видения становятся осязаемыми. Когда кошмар начинает угрожать сыну, выбора не остаётся. Чтобы защитить ребёнка, Саре
После внезапной смерти отца Хелен теряет почву под ногами. Привычный академический мир и светские обязательства становятся пустыми, и она принимает необдуманное решение: покупает дикого ястреба-тетеревятника по кличке Мейбл. Гордая и непокорная птица не поддаётся дрессировке, но Хелен упрямо посвящает себя тренировке. Одиночество постепенно перерастает в хрупкую связь, где человек и хищник учатся
Свадебный музыкант Рик соглашается подыграть звезде бойз-бэнда Дэнни после чужого торжества. Короткий джем-сейшн перерастает в обмен мелодиями, и наутро песня Рика оказывается в мировых чартах - под именем Дэнни. Вернуть своё имя и долю славы оказывается почти невозможно: никто не верит, что неприметный аккомпаниатор мог сочинить хит. Даже жена и дочь смотрят на него с сомнением. Джон Карни,
Дайан осталась одна перед списком дел, которого никто не хочет. Похороны мужа нужно организовать, а сын, до которого она дозвонилась, отказывается приезжать. Вместо себя он отправляет личного помощника - чужого человека, который теперь должен помогать с панихидой. Двое незнакомцев оказываются заперты в бытовых хлопотах прощания. Им предстоит решать, какие цветы заказать, кого оповестить и как
Пригородный район Хинкли-Хиллз дремлет под вечными газонокосилками и запахом свежей краски на заборах. Самира, молодая мать в декрете, переезжает с мужем и сыном в дом его родителей: тихая жизнь, полная стерильного уюта и тоски по чему-то большему. Когда заброшенный особняк напротив, двадцать лет стоявший пустым, внезапно обретает жильца, Самира решает проявить дружелюбие. Она идёт к новому
Где-то в архивах, под грифом «совершенно секретно», лежат документы, которые десятилетиями скрывали от публики. Дэвид Духовны берётся за лопату, чтобы откопать их: от беспилотников над Зоной 51 до реальной подоплёки операции «Арго». Его ведёт не праздное любопытство, а желание приоткрыть завесу над тем, как правительства испытывали границы возможного. Каждый эпизод - это встреча с дешифрованной
Сорока трёх лет, с женой и детьми, он ушёл из жизни внезапно, оставив после себя десятки ролей и вопрос: что остаётся, когда громче всех смеётся тот, кто больше всех боится? Режиссёр Колин Хэнкс собирает тех, кто знал Джона Кэнди не по афишам: коллег, друзей, семью. Они говорят своими словами, без купюр, а архивные плёнки и снимки показывают человека, которого зритель почти не видел. Не просто
Джо и Анджела замечают, что их быт обмяк, а в соседней квартире страсти кипят так громко, что слышно сквозь стены. Анджела решает встряхнуть вечер и зовёт ту эффектную пару в гости. Светская беседа быстро сворачивает не туда: соседи делают предложение, которое ни один из героев не ожидал услышать. Теперь Джо и Анджеле предстоит понять, хотят ли они подливать масла в огонь своих отношений - или
Стеклянная дверь коттеджа выходит на озеро, и этот вид должен был стать лекарством для отношений. Но вместо тишины и разговоров в дом врываются вооружённые гости. Герои оказываются заперты в собственном убежище, где каждый шорох может означать угрозу. Им нужно не просто отбиваться, а заново учиться доверять друг другу. В ход идёт всё: от бытовых предметов до старой обид, которая вдруг становится
Герои заперты в доме, который перестал быть убежищем. Каждый звук за стенами - шаги тех, кто уже не человек. В окнах мелькают силуэты, и ночь не приносит передышки: мертвецы не знают усталости. Группа разрозненных людей пытается держаться вместе, но страх и голод обнажают в них худшее. Вопрос не в том, сколько их осталось. Вопрос в том, кто из живых опаснее мёртвых. К утру кто-то перестанет