Сергей, бывший шахтер из Донецка, ковырялся в ржавом сейфе заброшенной школы №3, когда рация хрипло выдавила: «Тамбовский сгорел у армейских складов. Говорил, что за школой – свечение, как в том сне...» Катя, в прожженном ветровке, смахнула пепел с самодельной карты: «Нам хватит одной банки «тушенки» до темноты. Воронье гнездо в пяти километрах – там меняли артефакты на патроны вчера». Они нашли
Чик, худощавый мальчишка в потёртой куртке, каждое утро бежит мимо гаражей с надписью «Спартак» к остановке, где ждёт трамвай №5. В рюкзаке — бутерброд с колбасой, завёрнутый в газету «Правда», и тетрадка с аккордами для гитары. Дома, в хрущёвке на третьем этаже, мать кричит из кухни: «Кран опять течёт, скажи дяде Коле!» Отец, водитель грузовика, оставляет на столе пачку «Беломора» и записку:
Кирилл Соболев, бывший военный с шрамом через левую бровь, рубит свиные туши на заднем дворе мясной лавки в спальном районе Петербурга. Жена Марина жалуется по телефону: *«Аня опять не спит, плачет. Ты хоть зарплату получил?»* Он молча ковыряет засохшую кровь под ногтями, пока клиент в кожаном пальто заказывает фарш. В кармане у мужчины выскальзывает телефон — на экране фото дочери Кирилла в
Лика, семнадцать лет, мотается между работой в забегаловке на Литейном и поисками пропавшего брата. Артёма не видели две недели — последнее, что осталось, это смска «Не ищи» и затертая до дыр карта с отметкой у Обводного канала. По утрам девчонка разливает латте сбившимся в кучу офисникам, прячет под фартук дрожащие руки. «Снова не спала?» — бросает Марина, коллега с сиплым голосом, протягивая ей
Лера тащит ящик с пиротехникой из гаража отца, спотыкаясь о заледеневшую ступеньку. Кирилл, в потёртой куртке с оторванным карманом, пытается выхватить у неё коробку: «Ты с ума сошла? Паленые петарды — и в старую школу? Там же потолок обвалится!». Антон, чиркая зажигалкой о кирпич, перебрасывает гитару через плечо: «Ну и что? Лучше умереть от вечеринки, чем от скуки». Марина, заворачиваясь в шарф
В райском квартале, затянутом вечным туманом из леденцовых облаков, ангел-инженер Илья чинит сломанный лифт между мирами. Его инструменты — молоток из застывшего света и гвозди, выкованные из молитв. Рядом ковыряется в проекторе демон-неудачник Марк, которого выгнали из ада за то, что он случайно потушил озеро лавы пепси-колой. «Опять проводка? — Марк дергает кабель, искрящий синим пламенем. — У
Коська и Цыц, два рыжих брата-кролика, копошились возле покосившегося сарая с дырявым ведром. Коська, старший, в выцветшей кепке, пытался привязать к тачке жестяную банку — «Чтобы сторож слышал, будто грабли гремят», — а Цыц, щурясь на солнце, грыз стебли подорожника. «Опять петух Лукич за мной гонялся, — хвастался младший, вытирая морковный сок с усов. — Я ему в кусты прыг, а он в лопухи носом».
Артём, следователь из областного центра, приезжает в Приволжск после обнаружения тела в градирне завода «Прогресс». В учительской школы №14 он сталкивается с Лидой, которая с красной ручкой в волосах правит сочинение про «Героя нашего времени»: «Ваш Кирилл три дня назад не явился на контрольную. Перед этим твердил, что нашёл «капсулу времени» у северного цеха», – бросает она, не отрываясь от
В заброшенном НИИ биохимии под Новосибирском нашли тело мужчины в разорванном лабораторном халате. Следователь Артём Гордеев, разгребая груду бумаг в кабинете с разбитой вентиляцией, наткнулся на блокнот генетика Дмитрия Власова. На последней странице — схема двойной спирали, обведенная красным, и номер телефона сестры Дмитрия, Лидии. «Он бредил этими редактированиями генов, — сказала Лидия,
Артём, 24 года, вкалывает в автосервисе на окраине Нижнего Новгорода. Его младший брат Кирилл, 16, после школы торчит в заброшенном гараже за станцией — чинит подбитый «Жигули» шестёрки, доставшиеся от отца. Артём приносит с работы ворованные запчасти: «Опять масляный фильтр менять? Слушай, если поймают, мне голову оторвут». Кирилл бурчит, вытирая руки об промасленную ветошь: «Ты как старый —
Марина, продавец в маленьком книжном на Тверской, разбирала пачку новых детективов, когда в дверь влетел Артём в мятом пиджаке с пятном от кофе на рукаве. Он, не глядя, схватил первую попавшуюся книгу — сборник стихов Ахматовой — и упёрся лбом в стеллаж: «Чёрт, опоздал на встречу с клиентом. Вы не видели, куда я телефон сунул?» Она нашла гаджет под прилавком, где он валялся рядом с чеком за
Сергей Агеев, 27 лет, сварщик с завода «Уралмаш-4», каждое утро заваривает крепкий чай в жестяном чайнике, оставшемся от отца. После смены копается в груде металлолома за гаражом — ищет детали для самодельного мотоцикла. В пятницу, разгребая ржавые трубы, натыкается на закопченный ящик с маркировкой «СССР, 1986». Внутри — потрескавшийся блок питания, обмотанный изолентой, и тетрадь с чертежами.