Лиза Дроздова, в потёртой кожанке и с жёлтым шлемом под мышкой, разгружает коробки с ламинатом у подъезда на Профсоюзной. Её мотоцикл «Урал», перекрашенный в синий, вечно капризничает — то бензин подтекает, то цепь слетает. «Ты опять влипла?» — Юля, парикмахер из «Локона», щёлкает зажигалкой, глядя, как Лиза перевязывает порезанный о скотч палец. Вчерашний заказ — три пиццы на заброшенный завод в
Лиза, вернувшись с ночной съемки, застала Кирилла в их хрущевке с соседкой-стоматологом Ольгой. Чемодан с фотоаппаратурой грохнулся на паркет, когда она заметила чужую заколку на кухонном столе. *«Ты вообще помнишь, где твоя клиника?»* — бросила она, тыча пальцем в открытую дверь. Через два дня ей позвонил нотариус: умершая бабушка оставила деревянный дом на Лялиной улице, обшарпанный, с печным
Лев, Аня и Сергей живут в московской пятиэтажке рядом с заводом «Красный Октябрь». Лев, худой, в очках с треснувшей дужкой, тайком читает *Самиздат* в подвале, куда прячется от отца-военного. Аня, дочь инженера-ракетчика, перешивает мамино платье под модный мини — отрезает подол ножницами для разделки рыбы. Сергей, сын слесаря, мастерит усилитель для гитары из списанных деталей с завода. Вечерами
Михаил Зорин, хирург из московской больницы №17, каждый день разрывается между экстренными операциями и домашними проблемами. Его жена Анна, учительница математики, устала от вечных переносов отпуска: «Ты вчера обещал помочь с ремонтом на кухне, а вместо этого уехал в Чехов на консилиум». Дочь Катя, пятнадцатилетняя фанатка тикток-танцев, тайком красит волосы в синий и сбегает с уроков, пока
В полузаброшенной гостинице на окраине Нижнего Новгорода зимой пересекаются судьбы шестерых постояльцев. Антон, бывший военный с шрамом на виске, пытается починить сломанный радиатор, ругаясь на совдеповские трубы. В холле Лиза, студентка-архитектор, рисует в блокноте лепнину на потолке, пока ее парень Макс снимает на камеру облупившиеся обои: «Смотри, тут под краской кирпич видно — здание-то XIX
Семён, водитель-дальнобойщик с просроченными правами, и Лида, студентка-химик, сбежавшая из общежития после ссоры с соседкой, случайно встречаются в полузаброшенном мотеле под Новосибирском. Он пытается продать старый ГАЗ-53 с поломанной фарой, она ищет попутку до Владивоста — у неё в рюкзаке лежит баночка с маминым вареньем и конверт, адресованный дяде-военному. «Ты хоть дорогу знаешь?» — хрипит
Валерий Кипелов, в черной косухе с потрепанными краями, поправляет микрофонную стойку, пока за его спиной виолончелистка вытирает ладонью пот со лба. Дирижер Сергей Манусяк, перебирая страницы партитуры, бросает взгляд на гитариста Андрея Леонова — тот нервно переключает педали, проверяя звук. «Саша, контрабас в «Улице роз» — на полтона ниже, слышишь?» — кричит Кипелов звукорежиссеру, а из-за
Антон, тестировщик ПО в екатеринбургской IT-конторе, каждое утро начинает с проверки багов в системе учета для магазина автозапчастей. «Опять эти костыли в коде, — бормочет он, тыкая в монитор, — Сергей Петрович, вы ж сами говорили, что релиз в четверг!» Начальник, потягивая чай из кружки с надписью «Лучший менеджер-2018», отмахивается: «Клиент доплатит за срочность». В соседнем кабинете Света,
Сергей Малышев, сержант с облупленными погонами, приехал к оврагу за заброшенной ткацкой фабрикой — там нашли Катю Соколову. У девушки из кармана джинсов выпал чек из бара «Рассвет», где она подрабатывала. Бармен Игорь, вытирая пивную кружку тряпкой с запахом плесени, буркнул: «В ту пятницу она с мужиком ушла. Не местный, вроде. Говорил с акцентом». В участке капитан Громов, разглядывая календарь
Артём, худой парень с татуировкой змеи на запястье, каждую ночь чинит порванную страховочную сетку в углу тренировочного зала. Рядом — ржавые гантели, потёртый мат с пятнами крови. Директор цирка, дядька Витя в растянутом свитере, тычет пальцем в счет за электричество: *«Свет отрубат через неделю, если не наберёшь полный зал. Хочешь, чтобы мы всех зверей по приютам растащили?»* Артём молчит,
Антон спускался по обледеневшей лестнице хрущёвки, держа в руках банку с бензином, украденным из брошенной «Лады» во дворе. В бывшем магазине «Пятерочка», где он теперь жил, трещал самодельный генератор — старый мотор от комбайна прикрутили к балконным перилам. «Опять воняет соляркой», — бормотал он, натыкаясь на Марину из 34-й квартиры. Та молча протянула ему коробку с амоксициллином, выменянным
Соня, студентка из Воронежа, снимает угол в общаге за три часа репетиций в день. На прослушивании в консерватории её замечает профессор Галицкий: «У тебя слух, как у мыши в сырной лавке, но техника — деревянная». По вечерам она играет в кафе «Моцарт» возле Арбата, где посетители оставляют в футляре смятые купюры. Однажды к столику подсаживается Антон, парень в потертом пиджаке с запахом лаванды —