Эмили, девушка в потрёпанном фартуке из пекарни «Снежная вишня», роняет поднос с имбирными кексами, когда натыкается на Лиама — наследника королевской семьи Альстед. Он, в чёрном пальто с серебряными пуговицами, помогает собрать крошки, пряча улыбку: «Твои кексы пахнут как детство». Вместо дворцовых приёмов, он таскает гирлянды по улицам Квинса, слушая истории Эмили о том, как её отец-электрик
Эмили Картер, медсестра из заснеженного городка Брекенридж, каждое утро заезжает в кафе *Pine Cone* за кофе с корицей. Там она сталкивается с Джейкобом, новым барменом, который переехал из Ванкувера после развода. «Двойной эспрессо, без сахара? — спрашивает он, не глядя в меню. — Вы же всегда в семь двадцать приходите». В кармане халата Эмили находит записку от неизвестного: *«Ищи синий конверт
Эмили, барменша из закусочной "Сосновая шишка" в провинциальном Хартсбурге, натыкается на мужчину в промокшем тренче у мусорных баков за работой. Он представляется Гэбриэлом, просит стакан кофе с корицей и роняет фразу: *"Твоя бабушка всегда вешала омелу над камином, а не над дверью"*. Эмили, никогда не рассказывавшая посторонним о семейных традициях, замечает, что у него в
Леві з синім ирокезом та Декс в клетчатом шарфе вечно толкутся у автомастерской «Бензобак» на окраине Сноу-Фоллз. Они клеят плакаты с гирляндами для школьного базара, пока Леві не замечает, что старый диван у гаража вроде гудит. «Слышал? Там мотор, что ли?» — тычет он пальцем в дыру на обивке. Декс сует внутрь фонарик: вместо пружин — ржавые шестеренки, а под сиденьем торчит ключ с гравировкой
Эмили, менеджер кофейни из Ванкувера, в последний момент решает поехать к родителям в провинциальный Манитобу после разрыва с парнем. Джейкоб, начинающий архитектор из Сиэтла, спешит на собеседование в Торонто, но рейс отменен из-за метели. Лидия, вдова лет шестидесяти, везет в рюкзаке ручной работы подарки внукам — деревянные игрушки, которые мастерила полгода. Все трое сталкиваются на
Торгрин, варвар с мечом, обмотанным кожей ящера, брел через пересохшее русло реки Громовой. В кармане — карта с отметкой «Клык Ветров», пещера, где, по слухам, тролль прятал украденные амулеты деревни Серебряных Кос. Внезапно из-за скалы высунулась мохнатая лапа с когтями, облепленными глиной. «Чего шаркаешь, как слепая крыса?» — зарычал Груббок, тролль с рогом, сломанным посередине. Торгрин, не
Люси, 12 лет, находит рыжего щенка с облезлым ошейником возле мусорных баков за закусочной «Элмерс» в городке Брекенвиль. «Мама, он же замёрзнет!» — тянет она мать за рукав, пока собака жует её варежку. Мать, пахнущая корицей от рождественского печенья, вздыхает: «До 26-го, и потом — в приют. Папа аллергик». Люси тайком тащит щенка в сарай, подменяет папин старый плед на сено, ворует консервы с
Эмили, 27 лет, оставшаяся в канадском городке Спрингвейл, три дня чинит гирлянду на фасаде дома — провод перебил соседский кот. Сестра Сара, 24 года, в Нью-Йорке срывает дедлайн по рекламе рождественских пончиков, пока коллеги шепчутся о её красных от недосыпа глазах. Вечером Эмили звонит, спотыкаясь о слова: «Ты помнишь ту стеклянную звезду с трещиной? Папа говорил, она приносит удачу… Исчезла».
В Риверсайд Эмили притащила чемодан с треснувшим колесом, бросив съемки ток-шоу в Торонто из-за звонка тети Марты: «Шкатулку мамы нашли в гараже, пахнет корицей, как раньше». На автобусной остановке ее ждал Люк, в растянутом свитере и с термосом какао. «Ты ж терпеть не могла наши метели», — усмехнулся он, вытирая снег с лавочки. Эмили, спотыкаясь о ледяную кочку, бросила: «Не все в жизни по
Лора, бармен из кафе в центре Торонто, 27 декабря обнаружила в кармане старого пальто клиента потёртый конверт с фотографией ребёнка. «Чей это Бенджи?» — спросила она коллегу Майка, указывая на подпись. Тем временем в пригороде Монреаля 12-летний Джейкс, разбирая коробки с мамиными ёлочными игрушками, нашёл письмо от отца, который уехал в Ванкувер пять лет назад: «Если найдёшь это — проверь почту
Эмили Картер, дизайнер из Торонто, приезжает в родной Брекенфолл после пяти лет отсутствия. Её встречает младшая сестра Лора в растянутом свитере с оленями: *«Мама сломала лодыжку, пекарня на тебя. И не вздумай снова исчезнуть»*. В подсобке семейной кондитерской «Silver Bells» Эмили натыкается на коробку старых игрушек — среди них сломанный ангел, которого она когда-то сделала с отцом. На углу
Энди ВанКэмп, сгорбившись над ноутбуком на кухне семейного дома в Брекенридже, листала список поставщиков гирлянд. Билл, ее брат, ворчал, перебирая коробки с елочными шарами в гостиной: «Ты уверена, что зал потянет три сотни гостей? Пол тут просел еще в прошлом году». Лора, их мать, закатила глаза, поправляя венок над камином: «Если вы двое не перестанете спорить, придется звать Джека».