Ася, ветеринар из Турина, находит в парке Силио труп овчарки с вздувшимся животом и фиолетовыми прожилками на коже. В кармане ее синего халата гудит телефон — брат Лука, полицейский, просит проверить больничные архивы: *«Вчера привезли мужчину с такими же симптомами. Сбежал через два часа, оборвал капельницу»*. В морге Ася втирает в перчатки спирт, пока патологоанатом Марко вскрывает грудную
Лето в Хоукинсе выдалось влажным: вентиляторы гудели в окнах, а ребята торчали в Starcourt Mall, где Стив и Дэстин втирали гостям про «мороженое с жидким азотом». «Этот розовый комок — не еда, это химическая авария», — бурчала Робин, вытирая стойку. Тем временем Одиннадцать и Майк ссорились у фонтана: «Ты пялишься на ту девчонку из киоска с пончиками», — тыкала пальцем Джейн, а Майк краснел: «Это
Раджвир Сингх, инспектор из Джайпура, в пятницу вечером обнаруживает пропажу дочери Аарти. В её комнате остаётся разбитая рамка с фото школьной экскурсии в форт Амбер, а под кроватью – обрывок карты с пометкой *«колодец за храмом Кали»*. На базаре возле лотка с шафраном старик-торговец бормочет: *«Девочка в синем платке спрашивала дорогу к старым катакомбам… Там теперь только крысы да бродяги»*.
Ли-Чен, сотрудница архива в Тайбэе, находит в коробке с документами 1950-х годов сверток с обветшалой веревкой, сплетенной узлом в форме цветка лотоса. На обороте фотографии из того же ящика она замечает группу рабочих в одинаковых синих комбинезонах, стоящих перед полуразрушенным заводом — у одного из мужчин на шее та же веревка. «Это не просто мусор», — бормочет она, переворачивая снимок, где
Эмили, 23 года, протирает стойку в закусочной *Метро-Гриль* на окраине мегаполиса, когда в дверь вваливается Калеб в потрёпанной кожаной куртке. «Опять пропали двое с района», — бросает он, разворачивая карту с метками: красным крестиком зачёркнуты кварталы возле старой электростанции и доков. Она закатывает глаза, доставая из-под стойки свёрток с обгоревшими перьями — находка прошлой ночи в
Клэр Мерсер, детектив из захолустного городка Блэк-Рок в Миннесоте, разбирает папки с фотографиями 1998 года. На кухонном столе — термос с остывшим кофе, рядом лежит школьный альбом, обведенные лица: Сара Леннокс, Майкл Брайт, Дженна Холт. Все они мертвы. Напарник Том Реннер, доедая бублик с крем-сыром, тычет в отчет: «Опять эти пятна ржавчины на одежде жертв. Как с того склада у реки». Клэр
Джек Сполдинг, бывший морпех с шрамом над левой бровью, целыми ночами колесит по задымленным улицам Филадельфии в старой «Краун Виктории». В бардачке — фотография дочери-подростка Лизы, которая живет с бывшей женой в Трентоне. Однажды в салон садится мужчина в мокром плаще, пахнущий хлоркой: «Вези на Пайн-стрит, 230. Быстро». Через пять минут на заднем сиденье остаётся кейс с пачками
Куки, рыжеволосая девушка в потертой кожаной куртке, каждый день объезжает на синем мопеде пыльные улочки Панаджи. В рюкзаке за спиной — посылки для отеля «Золотой ракушка», пачка сигарет «Wills» и тетрадь с адресами. «Снова опоздала на сорок минут!» — хрипит в трубку менеджер аптеки на Мирамар-роуд, пока она, прикусив губу, втискивает коробку с лекарствами в переполненный почтовый ящик. Дома
Лайла, 27 лет, бармена в кафе на углу 5-й авеню и Харпер-стрит в Чикаго, три недели подряд просыпается с ожогами на левой руке. В её снах — коридор с зелёными обоями, запах мокрого асфальта и голос, повторяющий: *«Ты же видела, что он сделал с кошкой»*. По утрам она находит в кармане курки гнилых вишен, хотя в городе их не продают. Марк, коллега с татуировкой осьминога на шее, однажды замечает
Шарлин, в застиранном фартуке из *Джинни’s Diner*, пересчитывает чаевые, пока ее подросток, Тревор, швыряет рюкзак в угол: *«Опять макароны?»*. Она воровала из кассы — надо платить за репетитора дочери, Эммы, которая целыми днями рисует углем на стенах трейлера. Ее сестра Ронда в это время разгружает ящики с таблетками в гараже Бобби Краша, местного дилера. *«Ты думаешь, они просто так
Аврора, девушка с шрамом на левой руке в форме полумесяца, работает на мусороперерабатывающем заводе в припортовом районе. Ее сосед Элиас, бывший инженер-эколог, замечает, как она каждую ночь копается в отходах, собирая странные металлические обломки с выгравированными символами. «Ты рискуешь схватить радиацию или чего хуже», — бросает он, протягивая ей термос с кофе, пока дождь стучит по
Себастьян Вейл, хирург-ортопед из Бостона, каждую пятницу после смены заходит в аптеку на Элм-стрит, где покупает банку витаминов с двойным дном. В кабинете, запершись от медсестры Грейс, он дрожащими пальцами достаёт оксикодон, пряча пустые упаковки под старые рентгеновские снимки. По ночам, когда больница пустеет, он вшивает в бедра пациентов капсулы с фентанилом — заказ для местного дилера
