Фортун вкалывает над новым сетом на кухне, разбрасывая листы с шутками между кастрюлями том-ям. Её мать, Синди, закатывает глаза, когда дочь пытается отработать материал про их семью. «Ты точно хочешь рассказывать про то, как папа перепутал крестик с тайским амулетом?» — спрашивает Синди, помешивая карри. Брат Джефф врывается с гитарой, требуя помочь с аккордами для выступления в баре. Сестра
Кейт Моррис, 27 лет, каждое утро открывает кафе "Эспрессо-хаус" в районе Адамс-Морган, Вашингтон. За месяц до событий её отец, Джек Моррис, исчез, оставив в морозилке между пакетами замороженных ягод потёртый блокнот с координатами и фразой: *"Спроси у барменши с тату совы про 'фирменный латте'"*. В подсобке, разбирая старые коробки, Кейт находит радиоприёмник 80-х —
Зед, Эдисон и Бонни копаются в подвале школы Мерфи, разбирая старые схемы нейротрансмиттеров. На экране ноутбука — зашифрованные файлы с логотипом «Zom-B Co», которые Уайатт пытается взломать, жуя чипсы. «Тут что-то про «Проект Лазарь»… — бормочет Эдисон, вытирая пыль с дискеты. — Вроде как они оживляют не только людей». Внезапно сигнализация в их лаборатории под автомойкой срабатывает: датчики
Олег втиснул чемодан в багажник «Запорожца», пока Ирина поправляла шарф, продуваемый киевским ветром. «Там всего неделя, максимум», — бурчал он, замечая пятно от варенья на сиденье. Село Верхополье встретило ухабами и запахом навоза — тетка Мария, в фартуке с подсолнухами, махала с крыльца: «Привезли городскую колбасу? А то у нас холодец три дня стоит». В доме, где пахло сушеными грибами, Олег
Марчелло, мясник с рынка Сан-Лоренцо, каждое утро рубил телячьи окорока под крики торговцев рыбой. Лючия, вдова, продавала вяленые помидоры через два прилавка. Они десять лет здоровались кивками, пока однажды священник отец Джованни не уронил крест в свиную кровь. «Чёрт возьми, — выругался Марчелло, вытирая руки о фартук, — теперь освящать придётся заново». Лючия рассмеялась, протянула тряпку:
В захолустном городке Грейс-Холлоу, штат Орегон, местный патологоанатом Маркус Рид, 54 года, с утра обнаруживает в морге труп подростка с татуировкой в виде перевернутого треугольника на ключице. В кармане джинсов — ключ от сейфа банка «Ферст-Сити», покрытый ржавчиной. Маркус звонит сестре, Элене Рид, журналистке-расследователю: «Приезжай. Это не передоз, тут похуже». Элена, разбирая старые
Боб, стоматолог с привычкой терять очки в кармане халата, каждое утро ковыряется в забитом сливе на кухне, пока Маргарет, его жена-физиотерапевт, жарит яйца с перцем чили. Их дом в лондонском районе Илинг пахнет вчерашним карри и средством для чистки зубных протезов. «Опять волосы из раковины? — бросает Маргарет, вытирая руки о фартук с надписью *Keep Calm and Drink Gin*. — Ты же почти лысый».
Евгений Муравьев, в прошлом десантник с подкашивающейся походкой из-за старой травмы колена, возвращается в промзону родного города. Его брат Сергей, владелец полуразвалившегося гаража с вывеской «Автосервис 24ч», пытается втянуть его в схемы с перекупкой запчастей. «Ты хоть понял, куда приперся? Тут даже асфальт воруют, пока дождь льет», — бросает Сергей, разливая самогон в ржавые кружки.
В провинциальном городе под Ленинградом капитан милиции Сергей Валерьевич Морозов расследует кражу бензина из гаража местного совхоза. Начальник автопарка, Николай Петрович Баранов, в засаленном комбинезоне, тычет пальцем в пустые бочки: «Вчера еще полные были, клянусь! Сторож Василий ни черта не слышал, спит как сурок». Морозов замечает следы шин, ведущие к заброшенному сараю за железнодорожными
Фан Шэнь, худой паренёк лет пятнадцати, прячет окровавленный нож за поясом после стычки с цинскими солдатами. Он бежит через рисовые поля в провинции Хэнань, спотыкаясь о камни, пока не натыкается на монаха в заплатанной робе. «Ищешь спасения или мести?» — хрипит старик, вытирая пот с лысины. В монастыре Шаолинь Фану выжигают на плече клеймо новичка — три точки тлеющего благовония. Утренние
В посёлке под Керчью местный механик Сергей Королёв чинит бульдозер, ворча на песок, который забился в двигатель. Его соседка, учительница Ольга Белова, возит в рюкзаке учебники через стройплощадку — дорогу в школу перекрыли из-за бетонных плит. «Опять эти кабели через тротуар! — кричит она прорабу Ивану Громову, указывая на провод, перегородивший аллею. — Дети спотыкаются, а вы хоть бы
Эмили, 19 лет, моет кружки в кафе «Без сахара» на углу 7-й улицы. Каждую ночь после смены пишет стихи в Notes на потресканном айфоне, пока соседка-студентка стучит по стенке из-за бормотания вслух. Марко, её сосед по общаге, таскает баллончики с краской для граффити в подземке и уговаривает её выступить в «Сиренѣ» — подпольном клубе под прачечной, где пахнет жжёным кофе и дезодорантом. «Ты же
