В Милане, на углу Via Padova и Via Riccione, Андреа, студент-медик с татуировкой змеи на запястье, подрабатывает в аптеке. Он ворует просроченные антидепрессанты для соседки Марты, которая не может оплатить рецепт. «Эй, ты уверен, что это сработает?» — шепчет она, принимая коробку через треснутое окно подъезда. По вечерам Андреа встречается с Ливией, барменом из кафе «Caffè Nero», которая копит
В пригороде Нижнеозёрска, за ржавым забором свинофермы, пятнадцатилетний Глеб находит мёртвую корову со следами клыков на шее. Его сестра Лида, студентка-биолог, ворчит, разглядывая фото на разбитом телефоне: «Это не волки. Смотри — проколы ровные, как от иглы». Они сколачивают команду с соседом Виктором, бывшим военным, который ночами дежурит на крыше пятиэтажки с самодельным арбалетом. В кафе
Кася, студентка факультета графического дизайна, теряет ключи от квартиры в старом трамвае №15, пока спешила на лекцию в варшавский университет. Её сосед по лестничной клетке, Марек, автомеханик с выгоревшей татуировкой орла на предплечье, находит их в кофейне «Pod Kogutem», где она забыла сумку. «Ты опять с этими ключами? — хрипит он, протягивая связку. — Может, прицепить их к штанам, как в
Элени, дочь рыбака с Крита, каждое утро чинит сети возле пляжа Амудара, пока её серый мерин Алкивиад топчется рядом, жуя сухие оливковые ветки. В Антверпене Лукас, сын владельца шоколадной фабрики, тайком кормит сахарными кубиками старую кобылу Матильду в конюшне за цехом, где пахнет жжёным какао. «Они тебя на убой отправят, если узнают, что ты не тянешь тележки», — шепчет он, вытирая пот со лба.
В пригороде Медельина подросток Лусиана Рохас находит в рюкзаке брата-наркокурьера свёрток с клыками, обмотанными медной проволокой. Её сосед, ветеран-инвалид Эмилио, узнаёт артефакт: «*Эти штуки из пещер Оахаки… Твой брат связался не с теми*». Ночью Лусиана видит, как тени в фавелах движутся против ветра, а из колонок автомойки доносится рычание. Когда брат исчезает, она крадёт его мопед
Элиот, в красной вязаной шапке, каждое утро заваривает крепкий кофе в жестяном термосе перед школой. Его соседка Мира, донашивающая мамин потертый джинсовый пиджак, вечно опаздывает на автобус, крича: «Жди у причала, я быстро!». Они встречаются с Лиамом у старого маяка на озере Онтарио — тот ковыряет ножом кору сосны, рассказывая про найденную в лесу ржавую табличку с рунами. «Там что-то
Лио, уличный музыкант с потёртой гитарой, каждую ночь дежурил у входа в станцию «Шпреевизель», пока Эврида развозила коржи с маком на велосипеде-грузовике. «Слушай, там, в тоннеле за третьим рельсом… будто дыхание», — говорила она, поправляя крашеные волосы под сеткой. Через неделю её нашли без ботинок у теплотрассы, шепчущую цифры — 7, 14, 33. Лио собрал её записную книжку: схемы вентиляционных
Лусия, пятнадцать лет, каждую ночь просыпается от гула фабричных труб за окном. Её отец, Карлос, в пятнах краски на рубашке, возвращается с ночной смены, пахнет пластиком и бензином. В углу кухни, где треснула плитка, Лусия замечает силуэт женщины в сиреневом платье — тот же запах гари, что остался в памяти после пожара пять лет назад. «Ты не должна их бояться», — шепчет призрак, касаясь
Юки Танака, 17 лет, каждое утро покупает банан-молоко в автомате у станции Сибуя. Её одноклассник Рёта Исии замечает, что она всегда оставляет крышку от бутылки в кармане куртки — через месяц он молча высыпает кучу пластиковых кружочков на её парту. «Ты собираешь доказательства моей невыносимости?» — бормочет Юки, пряча лицо в шарф. По вечерам они случайно садятся в один вагон Yamanote Line: Рёта
Судзуме застряла у шкафчиков после уроков, пока Юка щелкала автоматической ручкой — клик-клик-клик. "Ты уже пробовала?" — спросила та, перебивая болтовню Химари о вчерашнем концерте. Судзуме покраснела, уронив учебник по биологии, страницы раскрылись на главе о репродуктивной системе. Химари фыркнула, доставая жвачку из кармана пиджака: "Да брось, она даже с Такуми из клуба кэндо
Эмма, 27 лет, в синем промасленном фартуке, разгружает ящики с треской на рынке Марселя. Руки в царапинах от льда, под сапогами хлюпает вода с кровью. Бригадир Анри, зажимая сигарету в зубах, бросает ей корзину кальмаров: *"Твои дамы в парикмахерской лака красят, а ты тут ноги моешь. Жди, когда ребята с грузовика тебя на смех поднимут"*. По вечерам она забирает сестру-подростка Лизу из
Лайла, 17 лет, каждое утро заворачивает в бумажный пакет сэндвичи для школьного ланча, пока ее младший брат Джейкоб ковыряется в подгоревшей яичнице. Их дом в Редмонде — бывший рабочий поселок с треснувшим бассейном за школой — пахнет старостью: мать Лайлы, Джина, стирает форму медсестры утюгом с накипью. После уроков Лайла моет посуду в «Красном кофейнике», где шеф Томми ругается на пригоревший
