Роуз, 17 лет, каждое утро до школы разгружает ящики с треской на причале Пайн-Харбор — маленьком рыбацком посёлке в заливе. Её мать, Марта, ворчит, что дочь тратит время на "глупости", вроде зарисовок маяка в потрёпанном блокноте, вместо подготовки к колледжу. По вечерам Роуз пробирается в заброшенный сарай за гаражом, где хранит старую карту с пометками — координаты, которые оставил
Эмили Ковальски, бывшая журналистка из Бруклина, каждое утро заказывает в кафе на углу 5-й авеню черный кофе и круассан с миндальной крошкой. Ее бывший муж, Джейкоб Реннер, теперь крупный девелопер, строит высотки в центре Манхэттена. В ящике старого комода Эмили хранит папку с фотографиями: Джейкоб в майке с пятнами краски, их дочь Лора в коляске у фонтана, письма о долгах за квартиру. «Ты
Алиса Громова, 19 лет, возвращалась с лекции в МАРХИ, когда серый «Лада» перегородил дорогу у метро «Бауманская». Мужчина в кожаном пальто с выцветшим шрамом на виске выхватил у нее телефон со сколотым экраном: **«Папаша твой долги не прощает. Скажешь спасибо, что не в Нефтеюганске морозить будешь»**. Ее затолкали в багажник, пахнущий бензином и старыми покрышками. В подвале на окраине Люберец,
Азазель, демон с треснувшим рогом и шрамом через левый глаз, ошивается в Мельбурне, снимая комнату над вьетнамской закусочной. Его соседка, 16-летняя Эмили, подрабатывает уборщицей в торговом центре — однажды застает его, когда он ворует энергетики из холодильника хозяина. «Ты ж не из тех, кто платит за свет?» — тычет она в него шваброй. Азазель, приглушая пламя в глазах, бросает: «Выключи на
Кэт, рыжеволосая девушка в потёртой кожанке, копалаcь в ящиках на чердаке семейного паба в Корке. Завалялась там коробка с письмами её пропавшего отца-радиолюбителя — в одном конверте нашла ключ от склада в Белфасте. "Чёрт, Алфи, глянь — тут координаты какие-то, и подпись *Красный прилив*", — бросила она другу, вытирая пальцы об джинсы. Алфи, парень с шрамом через бровь, щёлкнул
Оксана, живущая в пятиэтажке на окраине Кропивницкого, каждое утро выносила во двор треснувшее ведро с картофельными очистками для кур. Её муж Игорь, слесарь с завода «Красная Звезда», однажды забыл закрыть клетку — рыжая несушка сбежала через дыру в сетке к соседке Марии Ивановне, которая как раз развешивала мокрое белье. «Ты опять свою птицу не досмотрела! — крикнула та, тыкая пальцем в перья у
Андрей Семенов, следователь с пятном ржавчины на пряжке ремня, нашел третье тело за неделю в подвале заброшенного хлебозавода на окраине Перми. Рядом с трупом — разбитый телефон «Нокиа» и пустая пачка «Беломора». Ольга Крылова, его напарница, втирала снег в куртку, пока изучала следы волочения: «Кровь тут впиталась в бетон еще до снегопада. Значит, тащили его в среду, когда ты с дочерью в цирк
Ольга, в черном пальто с меховым воротником, ждет такси возле бизнес-центра «Гулливер». В кармане — смятая записка от сестры: *«Мамину квартиру на Оболони продавать не дам. Приезжай в Ладыжин — сами разберемся»*. Она рвет бумагу, бросает в урну. В это время Катя, в выцветшей куртке и кедах, толкает тележку с ящиками на оптовом рынке. Звонит Ольге: «Ты после университета сбежала, как крыса. А
Алина, девушка из Воркуты, устраивается горничной в особняк семьи Семёновых на Рублёвке. Хозяйка Ольга, в норковой шубе и с постоянным запахом дорогих духов, сразу предупреждает: «В спальню не заходить, личные вещи не трогать, иначе — сразу увольнение». Муж Игорь, редко бывающий дома, однажды застаёт Алину за протиранием витрины с коллекцией часов — спрашивает резко: «Ты раньше в гостиницах
В городе Увасэ, зажатом между горами и высохшим озером, Нина Исидори молча носит в рюкзаке потрёпанный блокнот для общения. После ссоры родителей, из-за которой она случайно разбила семейную фотографию, девочка перестала говорить, за что мать называет её «эгоисткой». В школе учитель назначает Нину, Тацуки Мибу — её бывшего друга, ставшего колким одиночкой, и Юри Нацуки — девушку с идеальным
Лиза, 22 года, каждое утро развозит выпечку на ржавом велосипеде по улицам Марселя. Её сосед Антуан, студент-архитектор, рисует в блокноте обшарпанные фасады домов, пока ждёт автобус №73. Их пути пересекаются у автомата с кофе в больнице «Сен-Луи», где мать Лизы лежит с пневмонией. «Ты опять пролила эспрессо на мои чертежи», — бурчит он, вытирая рукавом коричневые пятна. Она в ответ скидывает ему
Саша, водитель скорой, в пять утра ехал по маршруту возле станции метро «Парк Победы», когда услышал гул из тоннеля. Через минуту его машину засыпало бетонной крошкой — взрыв выбил плиты перекрытия. В медпункте он столкнулся с братом Максимом, который после увольнения из спецназа подрабатывал охранником. «Тут не случайность, — Максим сунул ему в руку обгоревший телефон с припаянным таймером. —
