В пригороде Колорадо-Спрингс, 34-летняя Лора Мендес сортирует стопки писем в почтовом отделении с потрескавшимся линолеумом. Замечает конверт с надписью «Северный полюс» от 8-летней Софи Кларк, просящей новые ботинки для брата-астматика. «Ты опять за своё?» — хрипит Дейв, её напарник, разгребая коробку с посылками Amazon. Лора прячет письмо в карман куртки, пахнущий дезинфекцией. Вечером, при
Эмили, 27 лет, работает в крошечном книжном магазине на Portobello Road. Джек, гитарист из Дублина, снимает комнату над пабом "The Walrus", где по вечерам играет каверы на The Pogues. Они сталкиваются у витрины с ржавым каркасом санки — Эмили роетcя в коробке с подержанными романами, Джек пытается достать закатившийся под стеллаж пакет с имбирным элем. «Твоя борода сейчас загорится,
Эмили Картер, 32 года, графический дизайнер из Торонто, приезжает в родовое шале в городке Сен-Поль-де-Шеврон. В багажнике — коробки с гирляндами, пачка нераспечатанных писем от покойного отца и треснувшая фарфоровая ёлка из 1998 года. Встречает её младший брат Ной, 27 лет, уволенный бармен, который три дня чинит протекающую печь. "Ты знала, что мыши сожрали проводку в спальне?" —
Линь Сяо, студентка факультета дизайна, подрабатывает в крошечном пекинском кафе «Мэйхуа», где каждое утро заказывает латте с сиропом Чэнь Юй — парень в потёртой кожаной куртке, таскающий гитару за спиной. «Ты же вчера брал эспрессо», — бросает она, протирая стойку, когда он пытается заплатить за кофе мелочью из кармана джинсов. Он смеётся: «Если я научусь играть твой любимый трек, дашь скидку?»
Эмили Картер, 28-летняя пекарша из Вермонта, случайно попадает на рождественский приём в старинном замке Брекенридж — резиденции королевской семьи малюткого европейского княжества. Всё из-за путаницы с заказом: вместо фирменного имбирного торта для местного фестиваля её грузовичок с потёртым декором в виде оленей привозит десерты прямо к княжескому столу. «Вы уверены, что карамель должна хрустеть
Лукас, 28-летний механик из пригорода Лилля, каждый вечер задерживался у книжного магазина *La Page Perdue*, чтобы купить шоколадный круассан для продавщицы Эмили. Она, в очках с треснувшей левой линзой, прятала под прилавком тетрадь с набросками комиксов про кота-сыщика. «Опять двигатель глохнет на мосту Сен-Клу?» — спрашивала она, разворачивая масляную бумагу. Он молча кивал, вытирая ладонью
Лейла, 22 года, разгружает коробки с кофейными зернами в задней комнате кафе на Сансет-бульвар. Её старший брат Карим, только что прилетевший из Тегерана, крутит в руках ключи от раздолбанной «Тойоты» и бросает через плечо: «Мама сказала, ты бросила колледж. Теперь будешь тут до сорока потеть за гроши?» Лейла молча достаёт из кармана фартука потёртый платок с вышитыми гранатами — единственная
Линь Сяо, младший аналитик в пекинском стартапе, потеряла работу после того, как компания свернула проект. Вместо поиска новой должности она купила билет на ночной поезд до деревни в Юньнани, где жила ее тетя. На вокзале, протискиваясь с чемоданом через толпу, она задела мольберт мужчины в запачканной краской куртке. «Извините, я...» — начала Линь, но он перебил, не отрываясь от эскиза: «Здесь
Эмми, 14 лет, случайно остаётся одна в Ванкувере после того, как её мать Лора, медсестра, срочно уезжает к больной тёте в Квебек. Вместо того чтобы позвонить в соцслужбы, девочка втихаря садится на междугородний автобус с билетом, выпавшим из кармана пьяного пассажира. По пути она спорит с водителем Гектором о погоде: *«Если сейчас минус десять, почему у тебя кондиционер включен на обогрев?»* —
Эмили Картер, бывшая театральная актриса из Чикаго, приезжает в городишко Сноу-Фолл (штат Колорадо), чтобы унаследовать полуразрушенный кинотеатр «Старлайт» от тети Марго. В первой серии она находит в подсобке коробки с винтажными ёлочными игрушками и потрёпанный сценарий рождественского спектакля 1978 года, где в главной роли указана Марго. «Ты даже гирлянду подключить не можешь», — усмехается
Лейла, 27 лет, бариста в потрёпанном кафе на окраине Бостона, каждое утро вытирает коричневые пятна от эспрессо на стойке. В четверг, когда сломалась кофемашина, к ней подошёл Гэвин — рыжий парень в кожаном пальто с потёртым блокнотом в руках. «Места тут хватит? — спросил он, указывая на розетку у окна. — Мне нужно доделать статью про реставрацию старых театров». Они разговорились о заброшенном
На заброшенном этаже городской больницы в Нижнекамске лаборантка Света, 34 года, вскрыла конверт с маркировкой «4-». Внутри — образец крови с аномальными лейкоцитами и распечатка смс: *«Сожги всё. Толян»*. За стенкой трещала рация санитаров — обсуждали труп в лифте. Игорь, хирург с тремором в левой руке, застал её за стиранием данных с термостата. «Ты знаешь, что это контрактники с полигона?» —
