Марко Эспозито, в прошлом полицейский из Неаполя, каждое утро берет коробку с личными вещами из участка — там фото 16-летнего Сандро Риччи, пропавшего три месяца назад. Он сидит в баре на улице Трибунали, перечитывает смс от сестры парня, Лилы: *«Он боялся Моро. Проверь склад у порта»*. Марко замечает, как владелец бара, Джузеппе, прячет конверт с деньгами под стойку — это подозрительно. Позже он
Лиза, маркетолог с просроченным кредитом на ноутбук, втирает Кате, повару-самоучке, идею фудтрака возле метро «Тульская». «Слушай, у них там офисники вечно голодные бегают, — тыкает она в гугл-карты, — а мы им чебуреки с грушей и сыром с плесенью. Будет хайп». Катя, перепачканная в муке, морщится: «Груша? Ты там охренела?» Но через неделю они уже толкают синий фургончик с кривым логотипом,
В старом районе Касабланки, Инес Лароз, дочь владельца мастерской по ремонту радиоприёмников, тайком записывает уличные звуки на кассетный магнитофон. Ее сосед Амин, парень в потёртой кожаной куртке, торгует контрабандными пластинками из Франции. «Твой отец опять кричал на маму из-за счетов за электричество, — говорит он, разбирая коробку с винилом. — Возьми эту катушку, пока не увидел». Инес
Эмили Картер, начинающая журналистка из Ванкувера, случайно теряет папку с материалами для статьи о рождественских традициях в переулке за кафе *Snowflake Brew*. Папку находит Джейкоб Моррисон, бармен, переехавший из Оттавы после разрыва с невестой. Вместо документов внутри — черновики писем его покойной матери, адресованных неизвестному мужчине. «Ты это специально подбросил?» — Эмили тычет
Эмили, бармена из закусочной «Сосновый уголок», втягивает в подготовку к городскому празднику её бывший одноклассник Джейк, неожиданно вернувшийся из Чикаго после пяти лет молчания. Они копаются в пыльном подвале мэрии, разыскивая старые декорации. «Помнишь, ты тогда на школьной ярмарке в глинтвейн уронил пряник?» — смеётся Эмили, вытаскивая коробку с треснувшим стеклянным оленем. Джейк хмурится:
Сара Митчелл, журналистка из Нью-Йорка, приезжает в городок Фэрвью, Вермонт, чтобы написать статью о местных рождественских ярмарках. Её редактор, Билл, требует «уютную хронику», но Сара рвется обратно — у нее забронирован столик в ресторане с видом на Манхэттен. На въезде её «Убер» ломается — аккумулятор садится на морозе. Местный фермер Джек Харпер, в зеленом грузовике с надписью «Ёлки
В Нью-Йорке Эмили, 32 года, менеджер по рекламе, каждое утро покупает кофе в ларьке у метро 86th Street. После увольнения с работы из-за срыва дедлайна (забыла отправить презентацию из-за сломанного Wi-Fi в съёмной квартире) она звонит матери в Огайо: «Ты точно не хочешь переехать?» — спрашивает та, разгребая снег на крыльце. В баре «The Rusty Anchor» Эмили сталкивается с Джейком, бывшим
Майя, 27 лет, работает барменом в захудалом клубе «Красный фонарь» на окраине Чикаго. Каждый вечер после смены она задерживается у мусорных контейнеров, курит дешёвые сигареты и спорит по телефону с сестрой Леной, которая требует денег на лечение матери. Однажды в баре появляется Эйден — бывший художник, теперь менеджер автосалона. Он заказывает виски с колой, оставляет на салфетке набросок Майи
Эмили Морган, бывшая военная журналилистка, находит в гараже отца старый жёсткий диск с записями переговоров между лос-анджелесским лоббистом Грегом Харлоу и сенатором Дианой Росс. В кафе на Санта-Моника-бульвар она сталкивается с Маркусом, хакером-одиночкой, который расшифровывает файлы за чашку эспрессо: «Тут не код — тут даты, суммы, упоминания порта в Окленде. Пахнет контрабандой, но не
Эмили, младший бариста в кафе "Снежная чаша", три дня чинила сломанный миксер, чтобы испечь десятки имбирных пряников для городского конкурса украшений. Её соперник — Лиам, парень из соседнего района, вернувшийся после пяти лет учебы в Чикаго. Они столкнулись у витрины магазина миссис Донован, где старушка размахивала серебряным дождиком: «Ты снова проиграешь, если будешь лепить
Эмили, не появлявшаяся в родном городке два года, притаскивает чемодан по скрипучему крыльцу дома в Вермонте. В прихожей пахнет корицей и сосной — Лиза, ее мать, уже испекла имбирное печенье, но гирлянды на лестнице висят неровно. «Папа же всегда так делал, — ворчит Эмили, поправляя провода. — Ты могла хотя бы дождаться меня». Джейкоб, младший брат, роется в гараже, пытаясь найти старые ёлочные
В старом доме на окраине Оттавы сестры Клэр и Лиам находят в чердачном сундуке пачку писем 1940-х годов, адресованных незнакомому мужчине по имени Артур. Клэр, укутавшись в бабушкин свитер с выгоревшими оленями, разбирает корявый почерк: *«После завтрашнего собрания на мельнице, я не могу продолжать врать Элис»*. Лиам тычет пальцем в желтые страницы: «Ты вообще смотрел даты? Бабка родилась в
