Дмитро каждое утро разгружает ящики с дешевыми духами и аккумуляторами на киевском рынке "Юность". Его мать, Людмила, торгует вязаными носками в третьем ряду — после инфаркта она ходит, опираясь на тележку с колесом, заклеенным изолентой. «Ти знову проспав?» — бросает она, когда он задерживается с кофе в пластиковом стаканчике. Вечерами Дмитро чинит старый «Запорожец» в гараже за
Игорь Громов, в прошлом сапёр, возвращается в захолустный городок под Нижним Новгородом, где воздух пахнет мазутом и ржавой водопроводной трубой. В квартире с облупленными обоями он находит письма от матери, которую не видел десять лет, — они валяются под кроватью рядом с пустыми бутылками «Столичной». На автовокзале к нему подходит Анна Седова в потёртой куртке, сестра его погибшего друга: «Ты
Ли Вэй, 12 лет, в рваных кедах, тащит тележку с треснувшим колесом по грязной дороге возле Гуйлиня. Его дед, Ло Цзюнь, с седыми усами, ругается на упрямого осла, который жует куст дикого перца. В тележке — керамический кувшин, обмотанный соломой. «Если до заката не дойдем до реки, ночевать будем в грязи», — бормочет старик, поправляя шляпу из бамбука. На постоялом дворе Ли Вэй крадет пельмень у
Сергей, инженер с потёртым портфелем, и Лера, дизайнер в винтажном платье, делят трёхкомнатную квартиру на Ленинском проспекте после развода. «Ты думаешь, я буду спать на раскладушке, пока ты разводишь тут свой хендмейд?» — бросает Лера, расставляя горшки с суккулентами в гостиной. Сергей в ответ хлопает дверью балкона, где курит дешёвые сигареты. По выходным приезжают дети — Катя,
Настя, бухгалтер из спального района Питера, сталкивается с изменой мужа Игоря, найдя в его куртке чужую зажигалку с инициалами "Л.Д.". Она вываливает всё подруге Марине в кафе на Невском: "Он даже не помнит, как я кофе пью – всегда кладёт две ложки сахара, хотя я перешла на сахарозаменитель год назад". Кирилл, бармен с татуировкой якоря на запястье, тем временем роняет поднос
Артем, Лиза и Макс забрели на территорию заброшенного металлургического завода за старыми шестеренками для школьного проекта. Вместо цехов нашли провал в полу — узкий лаз в подземные тоннели. Лиза, тыча фонариком в темноту: *"Света нет, батарея сдохла… Может, назад?"* Макс, разглядывая граффити с чьими-то инициалами "С.К. 84", сполз вниз первым. В сыром коридоре наткнулись на
Андрей, 14 лет, и его сестра Оля, 12, топчутся возле полуразрушенного дома в селе под Житомиром. Каждое утро начинается с керосинки: кипятят воду для чая, крошат в миску сухари. Андрей таскает из реки плотву — жарит на ржавой сковороде, ворча, что Оля опять забыла соль. Она собирает в мешок зверобой и ромашку, тайком нюхает душистые пучки. *«В аптеке дадут хоть сто тысяч купонов, если не
Алёна, юрист в фирме на Тверской, случайно наткнулась на контракт с поддельной подписью директора. В тот же вечер, разливая чай в хрустальной кружке из бабкиного сервиза, она услышала, как муж Игорь ворчал в телефон: "Деньги должны быть завтра, иначе всё полетит к чёрту". Марина, её соседка с третьего этажа, держала салон у метро "Беляево", но после визита двух мужчин в
Денис, 23 года, копался в двигателе полуразобранного ВАЗ-2109 возле пятиэтажки в Люберцах. Из окна третьего этажа Лера, его соседка по общаге, кричала: «Опять масло на джинсы прольешь!» — бросая в него смятый пакет от «Доширака». Артём, бывший сварщик с татуировкой «Не верь» на костяшках, притащил ящик пива «Балтика» и начал рассказывать про стройку у МКАД, где ночью можно стащить медные провода.
Лера, московская художница в потёртых джинсах, привозит бойфренда Антона в деревянный дом отца под Рязанью. Николай Иванович, слесарь на пенсии, встречает их щами с сальцем на кухне, где облупившаяся краска соседствует с портретом Лериной умершей матери. «У тебя тут розетки болтаются, как зубы у старика», — морщится Антон, поправляя часы Tag Heuer. Лера молча подпирает скрипящую дверь кирпичом —
Эмили, графический дизайнер из Сан-Франциско, приезжает в родной Сноувилл после разрыва с парнем. Первым делом заходит в кафе «Морозный уголок», где натыкается на Джека — школьного друга, который теперь владеет заведением. Он, в фартуке с пятнами от кофе, разгружает коробки с имбирным печеньем. «Босс сказал, что ты вернешься, когда надоест бетон», — усмехается Джек, протягивая ей чашку какао с
Сергей, в прошлом мелкий предприниматель, застрял в долгах после провала стройки гаража для местного авторитета Артема. Его девушка Ольга, парикмахер в салоне «Эстель», тайно продает на рынке «Южный» старые золотые серьги, чтобы оплатить аренду их однокомнатки в хрущевке. «Ты с ума сошла? Если Артем узнает, он нас в бетон замурует!» — шипит Сергей, разглядывая квитанции за свет. Ольга молча
