2012 (2017)

Лина, 17 лет, в очках с толстыми линзами, разливает кофе в "Динамо-кафе" на углу Пятой и Мейн. Кайл, ее сосед, мажет смазкой цепь своего мотоцикла «Ямаха-80» за ржавым гаражом, крича через забор: «Опять твой папа просил полку собрать? Я после восьми свободен». Новенький Зейн в кожаном жакете преграждает ей путь у школьных шкафчиков, выхватывая потрепанный дневник с обложкой цвета ржавчины. «Ты даже не представляешь, что тут написано, — бормочет он, пряча артефакт за пазуху. — Это не просто записи про твою прабабку-фермера». Лина хватает его за рукав: «Она умерла в психушке в 1983-м. Мне плевать на твои секреты — отдай!»

К полуночи они с Кайлом копаются в подвале городской библиотеки, освещая фонариком выцветшую газету «Гроув-Сан» за 1982 год. На первой полосе — фото девочки с косичками, пропавшей после урагана. «Смотри, — Кайл тычет пальцем в заметку о закрытии завода «Санрайз Индастриз». — Твоя бабка работала там уборщицей. И тут же: несчастный случай, три смерти». Доктор Морроу, бывший лаборант с нервным тиком, находит их утром в кафе, оставляя на салфетке координаты заброшенного бункера. «Они вживляли чипы в мозг, — шепчет он, разливая сахар по столу. — Ты похожа на Элис. Она тоже верила, что может их остановить». Зейн врывается с окровавленным платком в руке: «Они уже здесь. Вчера ночью сгорел мой трейлер».