Вот история, от которой мурашки по коже: Рита — та самая золотая девочка, папина принцесса, которая с детства купалась в деньгах и внимании. Два парня крутятся вокруг нее: Рахул, с которым они в песочнице замки строили, и этот Дев — хваткий красавчик из Канады, в которого она втюрилась на горнолыжном курорте. Оба готовы горы свернуть, лишь бы она сказала «да»… Ну вы поняли, классический любовный
Представь: ночь в глуши, где небо такое густое, что звёзды кажутся ближе, чем деревья вокруг. Смотришь вверх, и будто кто-то рассыпал горсть алмазов по чёрному бархату — дух захватывает! И ведь где-то там, в этой бесконечной темноте, наверняка прячутся миры, о которых мы даже не догадываемся. Может, на какой-нибудь планетке прямо сейчас инопланетянин тоже пялится в небо и гадает, одни ли они во
Новогодняя ночь 2000-го, а в интеллигентной семье — полный трэш! Представьте: бабушка-бунтарка, которая вместо того, чтобы вязать носки, вдруг начинает травить байки про свою молодость. Да не просто так, а с таким размахом, что хоть святых выноси! Анна Павловна — это же просто ураган в юбке: то внучке про какие-то «оргиазмы» ляпнет, то жениха дочки пытается втянуть в историю про любовь втроём...
Знаешь, как это бывает — война где-то далеко, новости посмотрел и забыл. Пока вдруг не стучится в твой дом, не вырывает из жизни тех, кто молод, красив, полон сил... И вот уже не абстрактные сводки, а реальность, которая пахнет больничными стенами и молчанием. Представь: парень вернулся с Чеченской калекой — не героем, а сломанной тенью. А она, его бывшая, лезет из кожи вон — то цветы притащит,
Представляешь, эта Золушка — не про замки и тыквы, а про 50-е годы, рок-н-ролл и мачеху, которая в жизни бы не надела хрустальные туфельки. Её папаша, добряк-то какой, женился на Клодетте... Ох, эта дамочка! Вечно в новых платьях щеголяет, коктейли на вечеринках потягивает, а падчерицу — будто грязь под ногтями. И ведь знает, гадина, что Золушка ради отца молчит — терпит её высокомерные взгляды
Знаешь, история как из жизни – ну вот, случайная авария, а потом всё шиворот-навыворот! Элена, она косметолог, детей уже вырастила, вроде жизнь устоялась... И тут бац – врезается в машину какого-то Эду, парня молодого. Ну думаешь: скандал, страховки, нервы... Ан нет! Глаза встретились, и понеслось. То ли виноватость его щенячья подкупила, то ли в ней что-то дрогнуло – но искры-то полетели, а там
Вот, знаешь, Сун-ми с детства будто в теплом коконе жила — папаша ее души не чаял, всё для дочки. Прямо эталон семейной идиллии, честно! А вот ее подруга Юн-ми... Ох, тут всё как в дешевой мелодраме. Мама сбежала, когда та пеленки пачкала, оставив с отцом, который бухал день напролет. А потом он и вовсе откинулся — и осталась девочка одна, в этом жестоком мире. Представляешь? В восемь лет уже
Представляете, парочка чуваков-аристократов вдруг возомнила себя сверхлюдьми: мол, три года будем зубрить науки и... ни-ни с девчонками! Ну серьезно, кто вообще такие контракты подписывает? Типа, "мы теперь аскеты, только книги да лекции". Но жизнь-то всегда смеётся над такими планами. Только они чернила на договоре не просохли — бац! В замке объявляется эта француженка. Не просто
Представляете, вечер в этом пафосном итальянском ресторане Луиса Кропы? Шеф-повар с золотой ложкой в кармане, а гости подобрались… Ну, сами понимаете, не из простых. Вот детектив местный с женой — их сам Луис позвал, типа «для солидности». Рядом конкурент из Квинса втирается в доверие — наверное, мечтает урвать кусок этого кулинарного пирога. А ещё какая-то критикесса с вечной гримасой, будто ей
Представляешь, вся эта Ацтекская империя — прямо кошмар! Кровище кругом, жрецы Уицилопочтли как заведённые: «Давайте ещё сердца, ещё!» Ну серьёзно, когда они угомонятся? Слушай, а помнишь ту легенду про Кецалькоатля? Типа, луноликий чувак с золотыми кудрями приплывёт однажды, разгонит этих кровожадных божков, алтари их в щепу… Может, просто сказки, но как-то же хочется в это верить, правда? А вот
Знаешь, что самое безумное в этих танцорах? Они живут так, будто каждый день — последний выход на сцену. Представь: ребята лет двадцати с горящими глазами, которые готовы порвать связки, лишь бы прыгнуть выше всех. Не успехи — одержимость. И ведь верят, что это того стоит, даже когда ноги отказывают после восьмичасовой репетиции. На сцене они — огонь, чистая магия. Кажется, земля под ними дрожит
Вот так, наверное, мог бы рассказывать приятель за чашкой глинтвейна: Знаешь, представляешь — Рождество вот-вот наступит, огни гирлянд мигают, детишки у ёлки замерли, ждут, когда там подарки с неба свалятся. А Санта… Бедолага, видать, в этом году вообще не в ресурсе. Ну правда — ты бы видел! Сидит, бороду теребит, вздыхает: «Да кому я нужен? Мир-то весь очерствел, только и делают, что в телефоны
