Знаешь, бывает же такое — жизнь вдруг сыпется на голову, как прорвавшийся мешок с цементом? Вот у героини этой истории всё так и пошло: увольнение, предательство жениха (да-да, она его буквально *словила с другой*, представляешь?), а потом ещё и какой-то подозрительный тип втерся в доверие… В общем, через пару недель она уже в психушке, пытается не сойти с ума — в прямом смысле. Честно, мне её
Стекло в окне Сбербанка летит вдребезги - и в жизни отца-бизнесмена и его взрослого сына Саввы наступает перелом. До этого момента наследника ничего не могло направить: ни уговоры, ни угрозы, ни деньги. Савва скользит по жизни без руля, а папа раз за разом бьётся в глухую стену. И вдруг случайная ссора у банка даёт трещину в их привычном противостоянии. Осколки приносят знакомство со Светланой.
Никола прикован к коляске после аварии, но встреча с физиотерапевтом Лючией заставляет его сердце биться чаще. Франко и Мануэла летят в Барселону ради заветной мечты о ребенке, и каждый шаг дается им с трудом. Филиппо и Фоско решают пожениться, сталкиваясь с реакцией близких. Эрнесто, уважаемый шеф ресторана, заводит роман с молодой испанкой Чечилией на собственной кухне. Четыре пары, четыре
Вот как можно переосмыслить текст: "Знаете, эти богатые семейки — ну прямо как в старых драмах, только вместо плащей и шпаг у них виски и контракты. Представляешь: Никиту папаша решил женить на Диане из конкурирующего клана, типа "объединим капиталы, а вы там как-нибудь потом полюбите". Парень, конечно, кисло морщится — мне бы его понять, жениться по расписанию как дедлайн по
Ключи от шикарной киевской квартиры и двести тысяч евро - приз за одну жестокую услугу. Катя и Роман соглашаются сидеть в запертой квартире, не выходя за дверь до смерти хозяина, прикованного к инвалидной коляске. Диктующий правила умирает от СПИДа, и вскоре романтика сменяется ледяным страхом. Единственная связь с внешним миром - письма, которые просовывают под дверь. За окнами революция, но
Девятилетний Карлитос остаётся один в мексиканском городке после смерти бабушки. Четыре года назад его мать Росарио ушла в Америку нелегально, чтобы заработать сыну на лучшую жизнь. Теперь мальчик решает пересечь границу сам и добраться до Лос-Анджелеса, надеясь найти её. Росарио тем временем живёт в постоянном страхе депортации и тянет лямку низкооплачиваемой работы, понимая, что домой вернуться
Бывший офицер императорской армии Японии живёт с грузом приказа, отданного много лет назад. Он нёс ответственность за казнь американских военнопленных, и теперь, после войны, этот приказ определяет всё его существование. Герой не ищет оправданий и не пытается спрятаться за обстоятельствами. Он готов принять на себя полную меру вины за те расстрелы. Перед ним стоит не юридический вопрос, а личный:
Вместо галстука и пиджака - свободная рубашка, вместо элитной школы - обычная, где пахнет столовской едой, а не дорогим деревом. Чарли Бартлетта выперли из всех приличных заведений города за едкие шутки, и мать, махнув рукой, сдаёт его в самую простую школу-интернат. Сынок богатых родителей неожиданно становится паинькой: исправно учится, не дерзит и раздаёт одноклассникам советы, от которых у
Представьте: Настя, обычная девчонка-подросток, вдруг загорелась учебой и привела домой репетитора. Ну, вроде бы ничего особенного, да? Только вот мамаша её вместо гордости за дочку аж зубами скрипит. Ну и правда — откуда такая внезапная любовь к знаниям? А всё потому, что репетитор-то оказался не просто умным, а ещё и чертовски симпатичным, под стать самой маме по возрасту. Вот мать и бесится:
2007 год, провинция. Дина, бывшая фигуристка, два года назад получила травму, которая перечеркнула карьеру. Теперь она ведет танцевальные уроки в детском доме для детей с особенностями развития. Женщина срослась с новым делом и привязалась к воспитанникам, но её ровная жизнь даёт трещину, когда в группе появляется робкая и талантливая Лада. Другие дети не принимают новенькую, травля превращает
В 1937 году японская армия входит в Нанкин, и привычный порядок рушится для всех, кто остался в городе. Молодой английский журналист и австралийская медсестра оказываются перед шестьюдесятью осиротевшими детьми, за которыми больше некому присмотреть. Единственный шанс для этих ребят - успеть уйти через горы Лю Пан Шан до того, как линия фронта сомкнётся. Джордж Хогг привык записывать историю, а
Дуг, менеджер корпоративного гастронома, годами торчит на одном месте, пока начальник не обещает долгожданное повышение. Но радость длится недолго: вакансию обещают и новичку Ричарду, наглому выскочке с дипломом. Дуг теряет не просто карьерный шанс, а единственный способ выбраться из болота мелких кредитов и тоскливой жизни. Двое мужчин вступают в грызню за кресло управляющего. Каждый использует