Майлз застрял в аэропорту Чикаго из-за метели, его рейс в Портленд отменён. У стойки перевозчика он упирается взглядом в Лию, свою бывшую девушку, которую не видел семь лет. Она тщетно пытается договориться о билете по телефону, мну в руке смятую boarding pass. «Твои родители тоже ждут с глинтвейном и расспросами?» — бросает он, рассматривая царапину на её чемодане, которую помнит. Единственный
Ян, пятидесятилетний учитель физики из Братиславы, каждое утро едет на работу в пригородную электричке, которая пахнет карри из термоса венгра, всегда сидящего у выхода. Его жизнь — это проверка тетрадей, одинокий ужин перед телевизором и редкие звонки взрослой дочери в Брно. Всё меняет случай в пражском трамвае №9: женщина лет сорока, Лариса, забывает в вагоне клетчатый шарф. Ян, машинально взяв
События разворачиваются вокруг Эммы О'Брайен, менеджера небольшой клининговой компании в Торонто. Её обычный день, начинающийся с пятна кофе на блузке и звонка о поломке очередной полировальной машины, прерывается телефонным звонком. Голос с ирландским акцентом представляется адвокатом Финном Мёрфи и настойчиво просит её срочно прилететь в графство Голуэй «по неотложному вопросу
Логан, механик из городка Ривертон, в субботу утром чинил глушитель на своём пикапе, когда сосед Элай снова включил на полную громкость тяжёлый металл. Не в первый раз. Логан перелез через забор, по пути сломав ветку старой яблони, и, не стучась, вошёл в открытую калитку. «Ты же слышишь, Элай, что у меня там болты отваливаются?» — крикнул он, вытирая руки об засаленные джинсы. Элай, не выключая
Джек Морроу, бывший игрок в американский футбол, а теперь менеджер по продажам, сидит на своём обычном месте сектора 204. В кармане его ветхой клубной курки лежит смятый чек за ипотеку. Рядом его брат, Майкл, полицейский, доедает холодную сосиску в тесте. «Ты до сих пор помнишь тот пас в ’09?» — бросает Джек, глядя на поле. «Помню, как ты упустил контракт», — отрезает Майкл, не глядя. Их разговор
**В Норвегии, в Осло, молчаливый фотограф-документалист Элиас сортирует старые снимки Талсы, штат Оклахома. Его жена Кари, судмедэксперт, целый день возилась с телом рыбака, у которого в легких нашли грунт с другой глубины, не с той, где его выловили. На отсканированной фотографии 1921 года – группа мужчин у здания, которого в современной Талсе нет. Но в углу кадра, в окне, Элиас видит свое
Бишкек пасмурный, Айдар толкается в маршрутке №107, едет в свою мастерскую у старого рынка "Ошский". Ремонтирует телевизоры, старые магнитофоны. Вечером сосед Нуран зовет пить чай на кухне в общаге, спрашивает: "Слушай, этот "Самсунг" с зеленой полосой, он вообще оживет?" Айдар пожимает плечами, смотрит в окно на мокрые тополя. Встречает Айгерим в троллейбусе, она
Люк, бывший механик с постоянно замасленными пальцами, находит в старом "Рено" покойного дяди конверт с фотографией склада на окраине Парижа. "Ты уверен, что он один?" — шепчет ему Софи, пока они наблюдают за охраняемым зданием через подержанные бинокли. Внутри, среди запаха сырости и старых газет, они обнаруживают не деньги, а папки с компроматом на местного депутата. Антуан,
Чандра, ей двадцать четыре, каждое утро протирает пыль с фотографии родителей на комоде в своей однушке в Восточном Дели. Работает в кол-центре, её день — монотонный гул голосов в наушниках и мерцание экрана. По дороге домой она останавливается у ларька чайваллы, Раджеша, который всегда без спроса кладёт в стаканчик слишком много сахара. «Ты сегодня молчишь, как рыба, Чандра-диди», — бросает он,
Марк, бывший взломщик сейфов, теперь чинит кофе-машины в Орландо. Его дочь Лиза спрашивает за завтраком: «Пап, а правда, что ты раньше взламывал сейфы?» Он отмахивается. Вечером, когда он закрывал авторемонтную мастерскую «Гараж на Седьмой», к нему подошли двое. Старший, Рэй, со шрамом через всю ладонь, напомнил о старом долге — неудачном деле в Майами, после которого Марк вышел сухим из воды.
Кайла, двадцать семь лет, каждый день начинала с проверки аналитики в приложении Creator Studio. Ее лос-анджелесская квартира с панорамными окнами была завалена коробками нераспакованного мерча и оборудованием для съемок. «Ты либо тренд, либо ты мертв», — бросала она в камеру, накладывая хайлайтер, пока курьер звонил в домофон. Ее агент Марк, нервно теребящий рукав пиджака, прислал голосовое
Гарри Кларк, оценщик из нью-йоркского аукционного дома «Эверест», летит в Лос-Анджелес. Ему нужно осмотреть коллекцию в особняке отставного инженера Роберта Хейса. Гарри только что провалил торги в Дубае, и его шеф, Джонатан Прайс, сказал ему по телефону: «Если там нет хотя бы одного значимого имени, не звони. Вылетай обратно рейсом в полночь». В особняке пахнет старой бумагой и полиролью для
