Мариана, 32 года, каждое утро мешает капучино в крохотной кофейне на углу улицы Паласьос. Её клиентка Рената, вдова в чёрном платье, вытирает крошки со стола после сына-третьеклассника: «Снова сломал игрушку? Придётся чинить старые, новых не будет». В соседнем квартале Кармен стирает рубашку мужа-дальнобойщика Хавьера, в кармане находи́т чек из бара в Трухильо. Звонок подруге: «Он два дня назад
Лора Мерсер, архивистка из городка Блэкстоун, разбирая подвал библиотеки, наткнулась на папку с вырезками 80-х. Пропавшие дети, нераскрытые дела, фото заброшенной ткацкой фабрики "Хартвелл". В кафе "Мельница" она показала их Джейкобу Райсу, местному электрику, который чинил проводку у её бабушки. «Тут про моего дядю, — он ткнул в газету пальцем, испачканным машинным маслом. —
Люк Морган, экс-детектив с подрагивающими руками от кофеина, въезжает в полузаброшенный отель на окраине Сент-Элмо. В багажнике — папки с газетными вырезками: «Местный бизнесмен пропал без вести, 2004», «Шесть туристов не выселились, 1992». Дочь Эмили, 16 лет, тычет пальцем в трещину на фасаде: «Смотри, как штукатурка шевелится. Или мне мерещится?» Хозяйка Маргарет, в платье с жемчужными
Эзра, 17-летний официант из закусочной *Blue Diner* на пересечении 12-й улицы и Гранд-бульвара, каждую ночь протирает стойку от жирных пятен от картофеля фри. Его мать Лоретта, медсестра ночной смены, прячет в холодильнике пузырьки с морфием, украденные из клиники. Однажды утром, возвращаясь с разгрузки мусора, Эзра натыкается на мужчину в потрёпанном костюме цвета ржавчины, жующего жареные
Рохан Кисибэ, мангака с вечно надорванным блокнотом в руках, приезжает в Париж после странного сна о картине с подписью «Х. М.». В зале Лувра с потрескавшимися паркетными полами он находит полотно, изображающее женщину в синем платье, чьи глаза, как ему кажется, следят за каждым движением. «Вы тоже чувствуете, будто воздух здесь гуще?» — спрашивает он у охранника, который пожимает плечами и
В приморском районе Владивостока банщик Николай, 62 года, каждое утро растапливает печь в старой общественной бане на улице Лазо. Его помощница Арина, студентка-медик, развешивает берёзовые веники, пока местный рыбак Геннадий в предбаннике спорит с пенсионеркой Людмилой Петровной: «Опять селёдку в шкафчик положил — весь пар пропитался!» В раздевалке подросток Витя прячет мокрую форму от физры за
Майкл Гаррет, пятнадцатилетний сын сантехника из провинциального Рокбриджа, находит в старом гараже деда ржавую коробку с выцветшими буквами «E.L. 1898». Внутри — потёртый дневник и каменный амулет в форме совы. Через два дня его младшая сестра Лиза начинает шептать фразы на непонятном языке во сне, а в школьном коридоре Майкл замечает, как одноклассница Кира Стоун беззвучно плачет чернилами
Кайто, в грязной ветровке с пятном моторного масла на рукаве, копался в двигателе Nissan Skyline 1998 года, когда Рен, его младший брат в потрёпанных кедах, ворвался в гараж. «Смотри, что нашёл в старых схемах отца, — ткнул пальцем в экран планшета, — тут про «Проект Ханаби»... какую-то хрень с ИИ и спутниками». Кайто вытер руки об тряпку, раздражённо хмыкнув: «Отец сгинул из-за этой шумихи.
Кенширо Танака, бывший инструктор по кендо из Осакы, моет посуду в закусочной на окраине Сан-Франциско. Каждое утро он завязывает фартук поверх шрамов от старых ножевых ран, прячет катану в рюкзак с этикеткой на японском: «Склад №7, порт Окленда». По вечерам он тренирует дочь владельца закусочной, 14-летнюю Ами, которая просит: «Покажи тот приём, где меч движется как змея». Однажды в окно влетает
Джейк, 19 лет, переезжает в прибрежный городок к двоюродному брату Люку после ссоры с отцом. Люк, 22 года, работает механиком в гараже на окраине, пахнущем машинным маслом и ржавчиной. Эми, соседка, 20 лет, подрабатывает в кафе «Волна», где утром подают вафли с кленовым сиропом и слишком крепкий кофе. Она показывает Джейку заброшенный пирс: «Здесь Люк в 16 лет разбил лобовое стекло моего отца
Грег Моррисон, бывший инженер из Невады, копался в ржавых ящиках заброшенной станции под Фресно, когда нашел потрепанный блокнот с координатами. На последней странице — детский рисунок синей башни, подписанный «Лена, 09». Он собрал рюкзак: банка тушенки с выцветшей этикеткой, фонарь с пересохшими батарейками, пистолет системы Макарова. В баре «Койот» уговорил Майю Рено, медсестру с облученного
Джови, пятнадцатилетний механик-самоучка, копался в разобранном двигателе «Шевроле-67», когда Лу, его соседка в рваных джинсах, ворвалась в гараж с потёртым биноклем. «Там, в старом элеваторе, огни мигают как в Морзе», — выпалила она, вытирая масло с его инструментов. Они пробрались через забор с дыркой, засыпанной крапивой, и нашли под половицами ржавую коробку с письмами 40-х годов. «Эй, тут
