В старом районе Чикаго, в закусочной *Golden Griddle*, Джек, бывший взломщик с татуировкой змеи на предплечье, переворачивает котлеты на задымившейся плите. Рядом Эмили, официантка в потерлом фартуке, протирает стойку тряпкой с запахом подгоревшего кофе. «Опять эта железка дымит, как вчерашний пожар на свалке», — бормочет Джек, вытирая лоб тыльной стороной ладони. «Может, вызвать механика?» —
Лейла, 32 года, шеф-повар из Монреаля, приезжает в провинциальный Сент-Элен, чтобы спасти заведение отца — закопченный ресторан *La Ruelle* с выцакшей вывеской. В кухонном ящике она находит блокнот с его пометками: «соус для пасты — добавить тимьян из сада Марселя» и чек от 2018 года на 20 кг картофеля. Местный фермер Илай, 35 лет, в засаленном комбинезоне, приносит ящик помидоров, но Лейла тычет
Ларс ван дер Берг, грузчик с татуировкой якоря на запястье, находит в порту Роттердама разбитый контейнер с партией испорченных тюльпанов и потрёпанным блокнотом. Внутри — записи на фламандском с упоминанием кафе *De Zon* в Антверпене и список из десяти псевдонимов. На третьей странице он обнаруживает фото своей младшей сестры, Майке, погибшей год назад. «Что за бред…» — бормочет он, сминая
В Мехико, на рынке Ла-Мерсед, Кармен (32 года) продаёт травы и свечи для ритуалов. Её соседка Росалия (45 лет), владелица закусочной, просит «приворот на бывшего» — хочет вернуть мужа, который ушёл к парикмахерше из салона на проспекте Реформы. Кармен предупреждает: «Это не игрушки, Росалия. Если сделаешь всё не так, он вернётся, но глаза будут как у мёртвой рыбы». Тем временем брат Кармен, Оскар
Кейт Морган, пилот грузовых авиаперевозок, приземляется в провинциальном аэропорту Колдспринг, штат Вайоминг, чтобы починить списанный Cessna. В ангаре с протекающей крышей ее встречает Джейк Тернер, местный механик в засаленной куртке, который тут же тычет пальцем в треснувший топливный фильтр: «Твой двигатель глохнет не из-за погоды, а потому что ты экономила на запчастях». Кейт, пряча подарок
Эбони, 17 лет, каждое утро протирает пыль с фотографии отца на комоде в спальне с отслоившимися обоями. Ее брат Даррелл, 22 года, в это время чинит раздолбанный пикап во дворе их дома на окраине Харперс-Форджа, штат Вирджиния. "Опять пропустишь школу?" — кричит он, когда видит, как сестра пробирается через дыру в заборе к автобусной остановке. Их мать Шанис, медсестра в местной клинике,
Эмили, с рыжими волосами до плеч и вечным кофе в руках, торопилась на семинар по биохимии, когда Джейкоб в чёрной кожаной куртке остановил её у библиотеки. «Ты видела, как Лила вчера вынесла таблетки из медпункта?» — спросил он, перебивая её возражения о «личных границах». В общежитии «Кедр», где плесень на окнах соседствовала с плакатами Radiohead, Лила прятала под кроватью коробку с лекарствами
Джереми, пятнадцатилетний сын пастора Исайи, каждое утро проходит мимо заброшенной автомастерской в южной части Чикаго, чтобы добраться до церкви. Его отец настаивает на репетициях рождественского хора в подвале с протекающей трубой и расстроенным пианино. «Ты думаешь, эти песни хоть кому-то помогут?» — бросает Джереми, поправляя наушники. Исайя, вытирая пот со лба, отвечает: «Музыка лечит,
Джейк, в потрепанной кожаной куртке, приезжает в портовый городок на озере Харпер после пяти лет отсутствия. В старом лодочном домике с прогнившими половицами он сталкивается с Кэлом — сводным братом, который теперь управляет местным баром «Якорь». Между ними сразу вспыхивает перепалка из-за завещания отца: «Ты даже гвоздь нормально забить не можешь», — бросает Кэл, наблюдая, как Джейк чинит
Мэйв, 22 года, перебивается сменами в кафе *Bean & Bricks* на углу 5-й улицы в Чикаго. Каждое утро начинается с проклятий в адрес сломавшейся кофемашины и запаха подгоревших круассанов. В перерывах она рисует комиксы в блокноте с облезлой клеёнкой, пока её друг Итан, студент-архитектор, тыкает в ноутбук, разливая холодный кофе на чертежи. Однажды, разбирая коробки в подсобке, Мэйв натыкается
Лина, студентка-физик с треснувшей керамической кружкой, которую она таскает повсюду, находит тело профессора Картера в подвале лаборатории Университета Торонто. Рядом с ним — схема установки, напоминающая квантовый процессор, и записи с пометкой *"суперпозиция наблюдателя — 97% погрешность"*. Её друг Элиот, вечно в чёрной толстовке с пиксельным драконом, втирает глаза, глядя на камеры
Карла, учительница испанского в старшей школе Roosevelt, каждое утро заказывает café de olla в забегаловке на углу Гуадалупе и Третьей улицы. Там она сталкивается с Итаном, барменом из соседнего клуба, который вечно опаздывает, потому что застревает, разбирая посуду после ночных смен. «Ты опять в фартуке с пятнами от маргариты», — усмехается Карла, протягивая ему салфетку. Параллельно Марк,
