Мэй, пятнадцатилетняя рыжеволосая девчонка в потёртых кедах, каждое утро прячет крылья под толстовкой с принтом «Coachella», пока мать кричит из кухни: «Опять забыла вынести мусор!» После уроков в старшей школе Гленвью она залипает в парке у гаражей с граффити-надписью «EAT THE RICH», где её лучшая подруга Джина разливает капучино в передвижном фургончике. «Слушай, вчера видела, как ты остановила
Кокош, мелкий зелёный дракон с облупившейся чешуёй на хвосте, копался в рюкзаке, выуживая последнее яблоко. Джунгли Амазонии гудели цикадами, а он пытался прочесть карту, найденную в заброшенной лодке у реки Рио-Негро. Внезапно из-за папоротников выскочила девочка в кепке с фотоаппаратом — Мира, местная 10-летняя исследовательница. «Ты тоже ищешь Город Золотых Лягушек?» — спросила она, показывая
В прибрежном городе Цзянъань старый мастер Ли Цзюнь внезапно умирает, оставив нефритовый амулет с трещиной ученице Сяо Мэй. Она прячет его в потайной ящик комода с резными драконами, но младший брат мастера, Цзян Фэн, врывается в мастерскую: «Где артефакт? Ты недостойна!» Сяо Мэй сбегает через крыши, задевая веревки с сушащейся рыбой, и нанимает лодочника Вэя переправиться через мутную реку
Юкио, парень лет двадцати пяти с шрамом над бровью, моет полы в закусочной *Мидори-я* в токийском переулке. Запах пережаренного масла смешивается с ароматом мусорных мешков у задней двери. "Сколько тебя помню, шрамы заживают за минуту", — бросает шеф-повар Такеши, указывая на порез на руке Юкио, который исчезает на глазах. Ночью Юкио сталкивается с Аей — девушкой в потёртой кожаной
Лиам, 27 лет, механик из Монреаля, каждую ночь просыпается от шепота за стеной в своей однокомнатной квартире на бульваре Сен-Лоран. В холодильнике — пустые банки энергетиков, на полу — разобранный карбюратор. "Ты опять не спал?" — спрашивает соседка София, замечая его дрожащие руки в лифте. Она, студентка-медик, находит в мусоре у подъезда его блокнот с кривыми рисунками крылатых
Мина, парфюмер с тускло-рыжими волосами, ютится в крохотной квартире над пельменной лавкой в Сеуле. Её стол завален флаконами с этикетками *«жасмин-04»*, *«глина-юг»*, а на холодильнике прилеплена записка: *«Не забыть купить рисовый уксус»*. Коллега Джихун, вечно в очках с толстой оправой, тыкает пальцем в её последнюю работу: **«Мина, это же бергамот и ваниль — запахи как небо и земля. Ты опять
На окраине провинциального городка, где узкие улочки пахнут жареными клецками *ттокпокки*, 11-летняя Сохён ковыряет палкой лёд в сточной канаве. Её бабушка, Ким Окхи, ссутулившись, режет мороженую капусту на крыльце — нож стучит по доске как метроном. «Сколько снега ни счищай, всё равно налипнет», — бормочет старуха, глядя, как внучка в рваных варежках пытается откопать замерзший велосипед. Сохён
Кун Пэн, парень лет восемнадцати, живет в деревне у реки Чаопрайя. Каждое утро он помогает отцу, Сомбату, чинить сети для ловли рыбы, пока мать, Нок, жарит во дворе рисовые лепешки. «Если бы ты учился в Бангкоке, как брат, не пришлось бы гнить здесь», — ворчит Сомбат, затягивая узел на сетке. После обеда Кун Пэн убегает к другу Дэну, который продает на рынке сушеных кальмаров. Они сидят на
Сяо Лань, девятнадцатилетняя девушка с гиперчувствительным обонянием, работала в семейной чайной лавке «Белый жасмин» в старом районе Пекина. Ее день начинался с сортировки чайных листьев: пальцы быстро отделяли пуэр от улуна, а нос улавливал малейшие ноты плесени или дыма в сырье. На рынке, где она закупала специи, продавец Лю ворчал: *«Снова нюхаешь, как ищейка? Бери кардамон — партия сухая»*.
Клео, рыжеволосая девятиклассница, каждое утро покупает булочки с маком в пекарне на углу Шёнхаузер-аллее. Её сосед Лукас, вечно с наушниками и паяльником в руках, однажды заметил трещину в стене заброшенного почтамта на Лихтенбергерштрассе. «Там не граффити, а цифры — 12, 5, 1989», — пробормотал он, снимая рюкзак с самодельным металлоискателем. В кармане куртки Клео нашла ключ от прабабушкиного
Камила, 17 лет, копалась в старом сундуке на чердаке бабушкиного дома в деревне Санта-Роса. Под слоем выцветших платьев нашла потёртый дневник с рисунками зверей, у которых вместо глаз горели звёзды. "Ты должна вернуть *это* туда, где я взяла", — хрипела бабушка Марта за час до смерти, сунув ей в руку каменный амулет в форме совы. Ветер срывал ставни, а соседский мальчишка Пабло
Юкио, старшеклассник из пригорода Осаки, случайно находит в комиссионке старую монету с трещиной в виде зрачка. В ту же ночь из-за нее в его комнате материализуется тень с горящими крыльями, которая шепчет: *"Ты выбрал обмен — теперь время считает за тебя"*. Следующим утром Юкио замечает, что часы у одноклассницы Мидзухо замирают, когда он трижды моргает. Проверяя способность в семейной