Горан Дукич


Марко, владелец полуразвалившейся свинофермы под Славонским Бродом, каждое утро начинал с проверки генератора — электричество в деревне Туричи отключали через день. Его соседка Ивана, вдова с тремя детьми, утром выносила ведро с помоями к старой сливе у забора, откуда начинались их вечные споры о границах участка. «Опять твои поросята лазят в мой огород!» — кричала она, швыряя в Марко подгнившим
Знакомьтесь, Луция — упрямая журналистка, которая вляпалась в историю по уши. Вместе с Мартином, бывшим тюремным надзирателем с лицом, будто высеченным из гранита, они ковыряются в забытых могилах старой тюрьмы. Ну, знаете, как бывает: начали с «интересного материала», а теперь тут призраки из девяностых лезут со всех щелей — те самые, про которые все дружно делают вид, что их не было. Темные
Знаешь, иногда кажется, что смерть — это выход. Ну, Зия тоже так думал, пока не вмазался в этот… э-э-э… загробный лайф-стайл для самоубийц. Представь: вместо вечного покоя — грязная пиццерия, где ты моешь посуду вечностью, бары с липкими стойками и вечно заедающий трэш-рок в автоматах. Типа, «добро пожаловать в ад, чувак, тут даже скидка на пепперони не спасает». А самое гадкое? Даже тут всё как
Сэм, бывший спецназовец, перебивается мелкими заказами — чинит для соседей кондиционеры, за наличку. В его пикапе на заднем сиденье вечно валяется пустая банка из-под «Кока-колы» и рваная ветровка. Он живёт в трейлере на отшибе у шоссе 95. Утром, вернувшись из круглосуточного магазина за молоком, он видит, что дверь не заперта — сорван замок, на полу в прихожей след от кроссовки (44 размер, грунт