Ника живёт в достатке, но с пустотой внутри. Ей пятнадцать, она потеряла мать в детстве, а отец-художник занят новой семьёй. Воспитывает девушку строгая гувернантка Полина. Лето 1995 года в подмосковном посёлке - это громкая музыка, вечерние посиделки и лёгкий флирт. В этой беззаботной дачной суете Костя, шестнадцатилетний старшеклассник, оказывается единственным, кто разглядел за внешним
В Улетном всё течёт по накатанной: безнадёжное безденежье, разваленная квартира, усатая подруга, которая пилит каждый день. Леха смирился и даже не пытается выбраться. Но однажды в городе появляется столичный гость, которому позарез нужна та самая квартира умершего поэта-бомжа. Поэт оставил после себя бредовые стихи о том, что Москвы не бывает. Леха встречает Машу, а в её фотоаппарате находит
Медсестра Соня Белова въезжает в материнскую квартиру с двумя детьми, надеясь на тихую жизнь. Но соседка Настя, блогерша с идеальной картинкой, сразу объявляет войну: грязь на лестнице, претензии к детям, бесконечные ссоры. Соня держится из последних сил, пока в конфликт не втягивается Кирилл, муж Насти. Он видит в Соне уставшую, но порядочную женщину, и их случайные встречи на лестничной клетке
В заброшенном цеху под Нижним Новгородом электрик Сергей Михалыч, 54 года, в засаленной телогрейке натыкается на ржавый люк. Под бетонной плитой — свёрток с письмом 1943 года и медным крестом. "Лена, прости, не вернусь. Спасай ребёнка от них", — карандашные строчки дрожат на обрывке газеты. Сергей, кряхтя, достаёт потёртый телефон Nokia: "Андрюха, ты ж историк... Это ж про твоего
Верить ли тому, что говорят, или тому, что чувствуешь? Он выдает себя за важную персону, хотя работает обычным клерком. Она молода и только вышла за него. Их быт - не Париж и не глянцевые журналы, а тесная кухня и вечные ссоры. Семейный бюджет трещит, он рискует довести до разорения не только её, но и её родных. Она любит, но его хвастовство и ложь превращают жизнь в череду обид. Денег нет, а
Наташа, кассирша из провинциального супермаркета, живет в двушке с матерью, которая валяется на проваленном диване среди пустых «Янтарей». Обои в комнате порваны, возле холодильника — лужица засохшей тушенки. «Где зарплата? Опять на свои тряпки потратила?» — мать швыряет в дочь пустой стакан, тот разбивается о стену с фотографией отца в военной форме. Наташа молчит, засовывает в карман фартука
Солдат примерил генеральский мундир - и тут же пожалел. Сварливая жена, дети-монстры, никакого уважения. Выход один: разжаловать себя обратно в рядовые, чтобы вынырнуть из наваждения. Вторая история начинается иначе: солдату снится девушка в лесу, и он отправляется на поиски. Путь ведёт к русалке, потом к Бабе-Яге, а затем в бабье царство, где с мужских деталей готовы расстаться навсегда. Две
Быть другом Кена Малански - привилегия или приговор? Когда приятеля-хоккеиста обвиняют в убийстве владельца команды, Перри оказывается перед дилеммой: верить в невиновность товарища или смотреть правде в глаза. Вся эта история обрастает абсурдными подробностями и нелепыми уликами, а время поджимает - развязка всё ближе. Перри придётся нырнуть в мир профессионального спорта, где ставки высоки, а