Современный человек приходит в себя посреди пустых залов Эрмитажа. Он не знает, как сюда попал, и не понимает, в каком времени находится. Рядом с ним возникает иностранец, в котором угадываются черты французского дипломата девятнадцатого века. Этот спутник ведёт его сквозь анфилады музея, и каждый шаг переносит их в другую эпоху российской истории. Двое становятся свидетелями сцен, которые
Март 1923 года. Человек, чьё имя ещё недавно гремело на всю страну, с трудом добирается до окна и видит только мокрый снег за стеклом. Он наполовину парализован, передвигается с чужой помощью и почти не говорит. В доме в Больших Горках суетятся родственники, неловкая прислуга и охрана, которая больше мешает, чем защищает. Бывший вождь отрезан от внешнего мира: телефон молчит, важные известия до
Они потеряли способность чувствовать что-то настоящее, и эта пустота страшнее любой бомбы. В альпийской резиденции, среди облаков и бетонных стен, Адольф Гитлер и Ева Браун проживают один долгий день. Здесь нет парадов и речей, только скука, переходящая в дурачество, и пьяные посиделки с гостями. Власть, собиравшаяся перекроить мир, сначала исковеркала их самих. Он капризен и отстранён, она
Вот, представь: 1937-й, Москва. Жизнь, казалось бы, идёт своим чередом, но в воздухе уже пахнет бедой. Николай Зотов — главный инженер на заводе, человек с положением, семьёй… И вдруг — бац! — случайно узнаёт, что за ним скоро придут. Ну как тут не сбежать? Жена умоляет: «Уезжай, хоть так спасешься!» И он, бросив всё, подаётся в какую-то глухомань, подальше от столицы. Там — слесарем на заводе, в
В провинциальную больницу, где жизнь течёт ровно и монотонно, однажды проникает чужая идея. Главный врач, человек, привыкший к одиночеству и книгам, натыкается на медицинский отчёт о смелом методе лечения психоза. Картины из венской клиники не дают ему покоя: он начинает видеть в своей тихой больнице поле для эксперимента. Рагин всё чаще заходит в палату для душевнобольных, ведёт долгие беседы с
Знаешь, история эта до дрожи простая и жуткая одновременно. Представляешь: Мария, обычная студентка, на вечеринке у друзей — смех, музыка, дурачество. Ну и решила блеснуть эрудицией — зачитала наизусть что-то из Цветаевой. "Повесть о Сонечке", кажется. И всё! Щелк — карательная машина в деле. Загребли её, как преступницу. И ведь не за подпольную типографию, а за стихи! Но самое пекло