Шестидесятикилометровый астероид несутся к Земле, и столкновение произойдёт в центре Европы. Шансов выжить нет: ядерный удар США не смог сбить небесное тело, и у человечества осталось всего восемь дней. На фоне неотвратимой катастрофы разворачивается история людей, которым предстоит решить, как провести последнее время. Кто-то пытается спасти близких, кто-то ищет смысл в хаосе, а кто-то цепляется
Зима 1942 года, оккупированная Европа. Бельгийский еврей Жиль Кремье стоит перед расстрельной стеной и в отчаянной попытке выжить выкрикивает единственную ложь: он перс. Эта случайная фраза становится его пропуском из общей очереди смерти прямо на кухню концлагеря - к повару Клаусу Коху. Немец мечтает о ресторане в Иране после войны и ищет учителя фарси. Каждый день Жиль импровизирует язык,
Осень 1999 года, Восточная Германия. Гудрун Пфафф вот-вот стукнет шестьдесят, и её жизнь давно устоялась, когда приходит известие: детский приют, где она выросла, продают под отель. Для Гудрун это не просто здание, а единственная нить к собственному прошлому, и она готова на всё, чтобы остановить сделку. Женщина вступает в борьбу с безличной машиной нового времени, где память и личная история
Берлин, наши дни. У актёра Даниэля есть всё: престижный район, красавица-жена, двое воспитанных детей и карьера, о которой можно только мечтать. Очередные пробы в супергеройский блокбастер должны лишь укрепить его успех. По пути на кастинг он заходит в неприметный бар. Случайный разговор с местным завсегдатаем быстро перерастает в словесную дуэль. Незнакомец не просто не узнаёт знаменитость - он
Параграф юрфака, пара курсов самообороны и компания новых друзей из антифа. Студентка Луиза втягивается в их борьбу с неонацистами не из книжного радикализма, а через живую угрозу: ультраправые строят мир на ненависти, и левая молодёжь отказывается уступать улицы. Вопрос, который расколет товарищей: можно ли бить врага его же методами. Для некоторых добро обязано быть с кулаками, и спор выходит
Лето 1939 года. Английский приморский пансион для девушек из влиятельных семей нацистской Германии. Их отправили сюда учить язык и становиться послами национал-социализма. Учительница замечает, что надвигается, и пробует поднять тревогу. Власти считают, что это не их проблема. Холодные коридоры, вежливые улыбки и немецкая речь за закрытыми дверями. Угроза не в крике, а в том, как тихо и методично