Кевин Джексон


Пять человек похищают за пять дней до Хэллоуина. Очнувшись в грязном промышленном помещении, они понимают: это не просто ограбление или ошибка. Их поместили в искусно выстроенный ад, где правила диктует безымянный кукловод. Каждому пленнику предстоит стать участником жестокой игры «31». Против них выпускают наёмных убийц в карнавальных масках. У героев нет оружия, нет выхода и никакой надежды на
Отис потерял всё: брата по оружию казнили, сестра заперта в тюрьме, а сам он едва ушёл от пуль. Теперь его единственная цель - вырвать Бэйби из-за решётки, и ради этого он пойдёт на что угодно. Кровавый побег из перестрелки с полицией дал им отсрочку, но свобода кончилась, как только каждого упрятали по камерам. Отис сбегает при помощи родного брата, и начинается охота за сестрой. Вокруг только
Лос-Анджелес, мир профессионального спорта, где ставки высоки с первой секунды. Три амбициозные женщины пытаются удержаться в этой среде, где каждый день - борьба не только за контракты, но и за право голоса. Для одной карьера становится смыслом жизни, для другой - способом доказать свою состоятельность, третья рискует потерять себя в погоне за чужим одобрением. Перелом наступает, когда личные
Противника не видно, но он везде: в официальных архивах, в молчании свидетелей, в самой гладкой версии истории. Уважаемый журналист берётся за миф, который десятилетиями считался уделом маргиналов, - связь президента Эйзенхауэра с внеземными событиями. Это не охота за летающими тарелками, а работа с документами и людьми, которые предпочитают забыть. Чем глубже он копает, тем плотнее смыкается
Джоджо, немая девочка, слышит голос Бога: ей нужно спасти младенца Иисуса. Она упаковывает в ящик для чистки обуви пять ангелов и садится в автобус до Тампа, штат Флорида, без билета обратно. Дорога в одиночку длится недолго - её подбирает беглый заключённый Кэш, и теперь ФБР идёт по следу обоих. В каждом новом городе Джоджо открывает ящик, и ангелы поют. Кэшу нужна свобода, девочке - чудо, и их
Старый магнитофон и стопка плёнок с неопубликованным альбомом отца - вот что отделяет Артура Хольценберга от контракта мечты. Он поющий автор, который никак не может пробиться, и продюсеры готовы дать ему шанс ровно на одном условии: записать чужое наследие под своим именем. Артур берётся за работу, но каждая переслушанная запись отца звучит не просто музыкой, а упрёком и напоминанием о том, кем