Солнечный свет (2024)

Элиас, пожилой антиквар из Ларкхолла, разбирал коробки в подсобке своего лондонского магазинчика, когда его пальцы наткнулись на потёртый кожаный футляр. Внутри лежали стеклянные фотопластины, а на одной угадывался контур обсерватории в Гринвиче, 1920-х годов. «Смотри, Хлоя, — пробормотал он, обращаясь к внучке, которая закатывала глаза, убирая пыль с полок, — здесь что-то не так. Тень от купола падает не в ту сторону». Хлоя, студентка-архитектор, отложила тряпку и прищурилась. «Деда, это просто брак при экспонировании». Но он уже листал свои старые каталоги, сравнивая даты.

Они потянули ниточку с архива обсерватории, где Хлоя, к своему удивлению, обнаружила пропуск в записях о наблюдениях за два дня июля 1926 года. Элиас тем временем купил у блошиного рынка в Кэмдене кипу писем астронома-любителя той эпохи. В конверте с выцветшей маркой нашли обрывок кальки с чертежом странного оптического фильтра. «Он пытался увидеть то, что нельзя было увидеть», — сказал Элиас, его руки дрожали. Собрав конструкцию из линз по чертежу и направив её на солнечный луч в своей гостиной, они увидели на стене проекцию координат. Это вывело их на заброшенную часовню в графстве Кент. Под плитой пола Хлоя, стирая грязь с рук о джинсы, нашла железную шкатулку. Внутри лежала та самая пропавшая пластина 1926 года и дневник с одной фразой: «Она была не вспышкой, а щелью. Я заглянул внутрь». Элиас молча положил ладонь на холодное стекло.