Жизнь на виду (2014)

Рейнар, 17 лет, перестал играть на фортепиано после смерти матери. Встречает Сигурдур, рыжеволосую виолончелистку из соседнего квартала Рейкьявика, которая таскает за собой чехол с наклейками исландских рок-групп. Она врывается в его комнату, заваленную нотами с пометками «исправить ритм» на полях, и ставит чашку дымящегося какао на крышку пианино: «Ты будешь аккомпанировать мне на конкурсе. А то твоя мама говорила, ты ненавидишь проигрывать». За окном — полярный день, свет лежит косыми полосами на ковре с орнаментом в виде ворон.

Сигурдур скрывает, что у неё прогрессирующий сколиоз — прячет корсет под свитером с оленями, обматывает ремни от виолончельного футляра вокруг поясницы перед репетициями. Они репетируют в подвале школы музыки, где батареи гремят как литавры, а Рейнар разучивает партитуру, подбрасывая левой рукой конфеты «Принц Поло» — Сигурдур ловит их ртом, не сбиваясь с такта. За день до выступления она снимает повязку с головы, показывая шрам от операции: «Если завтра я запнусь — играй соло. Слышишь? Только не смотри в зал на третьем ряду». На стуле у выхода валяется её дневник с вырванными страницами, где даты перечёркнуты красным.