Жюли Леско (13 сезон)

Жюли, пятнадцать лет, вьющиеся волосы до плеч, каждое утро бежала на занятия через мост Мари. Парижский дождь заставлял её прижимать блокнот к груди — там эскизы платьев, которые она мечтала шить. После школы забегала в кафе «Ле Дюк», где официант Фред подмигивал: «Опять опоздаешь, *маленькая блоха*». В углу за столиком с отколотой краской подруга Мари жевала круассан, рассказывая про парня из лицея Люсьена. «Он подарил мне зажигалку с драконом, — смеялась она, — говорит, чтоб я не мерзла в метро». Жюли вытирала джемпером конденсат на окне, за которым мелькали красные шарфы прохожих. Вечером, пряча сигареты *Gauloises* под подушку, слушала, как отец-портной ругается с клиентом через телефон: «Нет, *месье*, бархат на подкладке пиджака — это безвкусица!».

На выходных сбежала в Нормандию — тётя Иветт писала, что в деревне нужна помощь с прачечной. Там, среди ящиков с селёдкой и ржавых велосипедов, встретила Антуана. Парень в свитере с проплешинами учил её чинить сети, бросая обрывки фраз: «Смотри, петля туже… Нет, не так, ты всё испортишь». Однажды он принёс фотоаппарат *Praktica* — подарок умершего деда. «Сними маяк, — сказал, — только не урони в воду». Снимки она сушила на верёвке между простынями, пока Иветт кричала снизу: «Жюли! Ты опять забыла выключить утюг!». Вернувшись в город, нашла в кармане пальто кусок рыболовной лески — привязала к ней ключи. Отец, заметив, фыркнул: «Теперь весь дом будет вонять морем».