Лена Шоу, химик-технолог с обгоревшим рукавом лабораторного халата, обнаружила синий порошок в реакторе для синтеза полимеров. Её брат Марко, ветеран с тиком левой брови, принёс образец из подпольного цеха в Роксбери — там трое рабочих слепли за неделю. «Ты вообще читаешь, что подписываешь в NDA?» — Марко разбил кружку об раковину в съёмной квартире над прачечной, когда Лена сказала, что порошок
Чжину впервые заметил Соён в кафе возле станции Хондэ, когда та перепутала его заказ: вместо холодного американо принесла дымящийся раф. «Вы же сказали «горячее», я точно слышала», — бормотала она, поправляя сбившийся черный фартук. Он не стал спорить, наблюдая, как она спешно вытирает пролитый эспрессо салфеткой с логотипом заведения. Через неделю они случайно столкнулись в том же парке Сеула,
В маленьком городке Редвотер, штат Аризона, механик Маркус Клэй находит в разбитой машине клиента странное устройство — металлический цилиндр с выжженной надписью *"Проект Хиросима-2"*. Он прячет его в гараже за ящиком с ключами на 12, но через день заведение обшаривают люди в чёрных куртках. Маркус звонит сестре-журналистке, Лоретте: «Тут какая-то хрень. Приезжай, пока меня не
Авика, девушка в потёртом сари с пятном от куркумы на рукаве, протирает столики в закусочной *Bombay Chai Corner*. Её младший брат Динеш подбирает объедки с тарелок клиентов, пряча их в тряпичную сумку. Внезапно в кафе вваливается Рудра, сын застройщика Шехара Малхотры, в рубашке с закатанными рукавами. Он хрипит: «Папа снова поджёг лачуги в Дхарави?» — тычет пальцем в синяк под глазом. Повар
В старом доме на Хемлок-стрит, который местные называют «Особняком с закрытыми ставнями», 17-летняя Харпер Моррисон находит под половицей дневник Эмили Прайс — девушки, исчезнувшей в 1987. Ржавый замок на обложке ломается от удара камнем. «*Тут не только про школьные драмы,* — говорит Харпер своей подруге Джози, листая страницы с высохшими тюльпанами между ними. — *Она писала, что кто-то следит
Эмма, 28-летняя копирайтерша из Лиона, заказывает *тартар* в парижском кафе, когда её мать Софи, 56-летняя учительница на пенсии, вываливает из сумки три упаковки *камамбера* и начинает чинить сломанную застёжку на платье дочери. «Ты до сих пор носишь это? — тычет она в дырку на подоле. — У Жерара в ателье зашьют за 10 евро». Эмма, не глядя, листает брошюру с турами в Нормандию, но Софи уже
Миа, 28-летняя сотрудница чикагского ботанического сада, каждое утро начинала с подгоревшего кофе из автомата в подсобке. Её соседка по квартире, медсестра Тэсс, вечно забывала выключить утюг, из-за чего Миа опоздала на свидание с адвокатом из Tinder — тот ушел, оставив на столике смятый чек с надписью *"Научись ценить чужое время"*. На работе коллега Карлос, разбирая саженцы орхидей,
В глухих лесах северной Миннесоты Джейкоб Райдер, ветеран-эколог с шрамом через левую бровь, чинит проржавевший внедорожник перед поездкой к браконьерским капканам. Его напарница Элла, студентка-биолог в мятом худи, находит в ручье мёртвого лося с петлёй из стального троса на шее. «Опять их работа, — бросает она, вытирая руки об джинсы. — Вчера видели фургон с жёлтыми колёсами у шахты». Пока они
Джек Райт, 19 лет, чинит двигатели в крошечной автомастерской «Хаябуса» в районе Хигаси. Каждое утро он вытирает масло с рук об потрёпанный фартук с выцветшей надписью «Не трогай мои инструменты», пока его друг Кайто ворчит: «Опять эти богатенькие на спорткарах приезжают — ни болта не затянут, только пыль в глаза». Однажды вечером, когда Джек копался в старой «Супре» 98-го года, в дверь постучала
Рави, водитель «Yellow Cab», каждое утро протирал приборную панель салфеткой с запахом лимона, пока Аджай, его сосед по общежитию в Бронксе, нарезал картошку для самос в крохотной кухне. Их разговоры крутились вокруг долгов: «Мама звонила, опять спрашивала про доллары», — бормотал Аджай, завязывая фартук с пятном от куркумы. Однажды вечером клиент Рави, мужчина в костюме, швырнул мелочь на
Лия Мартин, 27 лет, втискивается в угол задней комнаты кафе *Bean & Wire* на окраине Чикаго. Её пальцы мечутся по клавишам потрёпанного ноутбука с наклейкой «404: Soul Not Found», пока в основной зал доносится шипение кофемашины. «Смотри, Nexus Corp снова лезет в муниципальные камеры», — бросает она Карлосу Ривере, своему напарнику, который разбирает пистолет за стойкой с сиропами. Он, бывший
Изуку Мидория прячется в заброшенном доке Йокогамы, заваленном ржавыми контейнерами и обрывками рекламы прошлогодних геройских турниров. Рядом — Кацуки Бакуго, чинящий прожженный костюм паяльной лампой, и Шото Тодороки, разогревающий консервы левой ладонью. «Ты уверен, что старый комбайн всё ещё работает?» — Шото тычет вилкой в хлопья тунца. «Спроси у этого идиота», — Бакуго бросает гаечный ключ