Юки Танака, 17 лет, нашла потрепанный дневник деда Исаму на чердаке своего дома в Киото, заваленный старыми фотографиями и коробкой от бенто. На страницах с пятнами чая мелькали зарисовки сакуры с неровными подписями: *«Сэйган-дзи, западная стена… но что за символы?»*. Подруга Ая, жуя жареный тофу с лотка у станции, посоветовала проверить храм: «Там сейчас ремонт — может, что-то раскопали». Юки,
В Детройте, в подвале заброшенной обувной фабрики, Лиам Морроу собирает группу из шести человек. Карла Санчес, бывшая инженер-электрик, чинит генератор, проклиная перегоревшие провода: *«Если б у меня были нормальные инструменты, а не этот хлам из 90-х…»* Джейкоб Рейес, подросток с татуировкой змеи на шее, крадет еду из магазина на углу Бейкер-стрит — банки тунца, шоколад, пачку сигарет
Лиам, младший архивариус в мельбурнской мэрии, случайно натыкается на папку с пометкой *уничтожить* в подсобке за стеллажом с документами 90-х. Внутри — фотография Эллы, его соседки с третьего этажа, в компании мэра-расстриги, ушедшего в отставку после скандала с поджогами трущоб. Вместо того чтобы сжечь папку, Лиам подкладывает Элле в почтовый ящик копию снимка и записку: *"Ты знала, что он
В кабинете тренировочного центра «Клифф» пахнет старыми кожаными креслами и кофе. Алекс Фергюсон, в помятой рубашке, тыкает пальцем в таблицу с результатами молодежного состава. «Райан Гиггз – 17 лет, а уже рвет левый фланг. Бери его в основу, Арчи», – бросает он ассистенту Ноксу. В следующей сцене – раздевалка «Олд Траффорд» после поражения от «Кристал Пэлас» в 1990-м. Пол Макграт, с сигаретой в
Игорь Семенов, нотариус с десятилетним стажем, каждый день сидел в своем кабинете на Васильевском острове. Старое здание с треснувшими подоконниками и скрипучим линолеумом пахло пылью и залежалыми документами. За окном — промозглый питерский дождь, внутри — бесконечные очереди из клиентов. Анна Петровна, 78 лет, в платке и потертом пальто, тыкала пальцем в завещание: *«Сынок, ты точно всё
Амане, студент колледжа с вечно неубранной квартирой и привычкой пропускать завтрак, случайно встречает соседку Махиру под дождем. Она, с зонтом в руке и пакетом продуктов, замечает его мокрую куртку и бормочет: «Дождь закончится через час, но ты уже сейчас похож на промокшего пса». На следующий день она стучится к нему с тарелкой горячего рагу, аромат корицы и тмина заполняет захламленную
Лейла, 28 лет, бармен в кафе *Bean & Bitter* на окраине Чикаго, каждый вечер протирает стойку тряпкой с запахом прокисшего молока. Её клиент Джейк, 32 года, архитектор в очках с треснувшей дужкой, заказывает двойной эспрессо и роняет: «Ты же не психопат? В приложении все врут». Она смеётся, подкладывает ему печенье в форме сердца — бесплатно. Через неделю они гуляют у озера Мичиган, мокрые
Лиам, старшеклассник с потрепанным рюкзаком, где всегда валяются батарейки от фонарика, натыкается на граффити с координатами возле заброшенного завода в Роквуде. Его подруга Джена, которая не расстается с камеро-полароидом 1980-х, находит в библиотеке микрофильмы с газетными вырезками о пропаже местного мальчика в 1993-м. «Тут не просто совпадение, — бормочет она, — в каждой статье упоминается
Клэр, 32 года, переезжает из Чикаго в старый фермерский дом в Вермонте, доставшийся от тети Мардж. В первую же неделю ломается бойлер, а сосед Джейк, владелец автосервиса, приходит помочь — застрял в грязной фланелевой рубашке и с коробкой инструментов 90-х. «Ты хоть газовый ключ видела?» — бормочет он, копаясь в подвале. Клэр тем временем распаковывает коробки с книгами по маркетингу, которые
Лидия и Маркус, молодая пара из Чикаго, въезжают в полуразрушенный особняк на окраине Саванны. На второй день Лидия замечает, что кофе в её кружке остывает мгновенно, а в спальне пахнет лавандой, хотя она не пользуется духами. «Ты слышала эти шаги на чердаке?» — спрашивает она Маркуса, пока тот чинит протекающий кран на кухне. В ответ — лишь смех: «Старые трубы, детка. Расслабься». Но вечером,
В пригороде Нью-Джерси, 42-летняя Клара Моррисон, менеджер аптеки, обнаруживает, что её свекровь, 67-летняя Маргарет Бойд, подменила её противозачаточные таблетки витаминами. Маргарет, бывшая медсестра, делает это в прачечной их двухэтажного кирпичного дома, пока Клара на работе. «Дети — это благословение, — шепчет она, закатывая глаза на фотографию единственного сына Дерека, — а ты тратишь время
Эмили, медсестра из Чикаго, получает письмо от бабушки Маргарет из провинциального Уитфилда (штат Небраска) — в конверте ключ от старого амбара и фотография 1940-х, где Маргарет стоит рядом с незнакомым солдатом. В автобусе, протирая сколотую чашку с надписью *«World’s Best Nurse»*, она звонит подруге: *«Ты представляешь, там даже Wi-Fi нет. На две недели, максимум»*. В Уитфилде её встречает