Лена Ковальски, пятнадцатилетняя школьница из Чикаго, находит в гараже отца старый ноутбук с файлами проекта «Антарес» — чертежами андроидов, похожих на ее покойную мать. Ее сосед Итан, рыжий парень с подкаченными руками от подработки на складе, помогает вскрыть зашифрованные записи: «Думаешь, это правда про синтетическое сознание? Выглядит как бред твоего папаши-алкоголика». Они натыкаются на
В дымном парижском кафе на углу улицы Пигаль Люк Моро, бывший карманник с татуировкой ястреба на шее, тыкает в треснутый экран телефона. На столе — конверт с фотографией рыжеволосой женщины в красном пальто. «Она чистит счета через казино в Ницце, — бормочет он, затягиваясь сигаретой. — Но если у неё хвост из Праги, нам крышка». Его напарница, Эмили Ковач, в рваных джинсах и кожаной куртке,
Картер приехал в Брекенридж на автобусе с разбитым окном — планировал снять сливки с местного ювелирного магазина перед праздниками. В кафе «Снежинка» он спросил у официантки Эмили, как пройти к аптеке, но она заметила царапины на его часах: «Тут все друг друга знают. Новые лица долго не остаются». Пока он ждал ночи, слонялся по ярмарке у ратуши, где дети толкались у катка, а старики торговали
Джина, в рваных джинсах и с фиолетовым мелированием, каждое утро прячет сигареты под кроватью, чтобы мать не нашла. Её лучший друг Лео, тихий паренёк с шрамом на подбородке от скейтбординга, рисует граффити за заброшенным супермаркетом на 5-й улице. После уроков в школе им. Рузвельта они зависают в «Красном койоте» — закусочной с липкими столиками, где официантка Марта подкармливает их
Кайто, студент-физик из городка Сандэнс, каждое утро заваривает растворимый кофе в гараже, переделанном под лабораторию. Его соседка Лина, механик с татуировкой шестеренки на запястье, приносит пончики из кафе «Хронограф» и ворчит: «Опять спал на старых схемах?» Они случайно активируют устройство, найденное в заброшенном элеваторе, — медный цилиндр с треснувшим экраном, испускающий синий свет.
Кайл, бармен с татуировкой якоря на запястье, каждое утро протирал стойку кафе *Midnight Owl* в Бостоне, пока не заметил Рико — новую официантку, которая путала заказы и роняла подносы. «Эй, Рико, ты опять забыла сахар?» — кричал он, кивая на клиента в клетчатом шарфе. Она в ответ закатывала глаза: «Да ладно, он все равно пьёт эспрессо холодным». По вечерам Рико рылась в коробках на съёмной
Либби, 32-летняя сотрудница аптеки *Green Valley Drugs*, три дня вяжет свитер с оленями, пока в подсобке гудит сломанный обогреватель. Ее подруга Хлоя, парикмахерша из соседнего салона, врывается с пакетом мини-бутылок текилы: «Бросай эту хрень, поехали в Вегас. Тут даже снег серый». Они крадут из склада феназепам, подмешивают в кофе из термоса и выезжают на старой «Хонде» с треснувшим стеклом.
Лайла Морган, 27 лет, бывшая курьерша из Бруклина, находит в потрёпанном рюкзаке брата-биолога записку с координатами и рисунком кролика с трёхглазым черепом. Вместе с соседом Маркусом, механиком-самоучкой, чьи пальцы всегда в машинном масле, они пробираются в заброшенный тоннель под мостом Куинсборо. Там — клетки с кроликами, шерсть которых светится синим под фонариком Лайлы. «Прикинь, они как
Лина, 28-летняя шеф-повар с татуировкой дракона на запястье, каждую пятницу готовит ужин в своей тесной бруклинской квартире с видом на пожарную лестницу. Ее сосед Маркус, бывший журналист с привычкой щелкать ручкой во время разговора, приносит случайных гостей — вроде Эмили из книжного магазина, которая всегда снимает туфли у порога и шепчет: *«Твой соус бешамель пахнет, как у моей бабушки из
Лена Карвер, патологоанатом с татуировкой змеи на запястье, каждый вечер разбирает трупы в подвале чикагской больницы Св. Игнатия. Ее начальник, доктор Ричард Вейл, постоянно ворчит на следы сигарет на полу: «Ты хоть вытяжку включи, Карвер. Здесь не крематорий». В пятницу, 12 ноября, в морг привозят тело подростка с синими пятнами на шее — Лена находит под ногтями жертвы обрывки кожи, не
Лиам, пятнадцать лет, каждое утро режет угол через парковку старшей школы «Вествью», чтобы Зои не застала его за перекуром у мусорных баков. Его отец, водитель грузовика, оставляет на холодильнике записки с суммами за аренду — их Лиам счищает резинкой кроссовка. После уроков он с Зои и младшим братом Картером копается в подвале заброшенного склада на окраине Игл-Рока: ящики с потрескавшимися
Лила, 17 лет, каждое утро перед школой играет на акустической гитаре в подземном переходе возле станции «Метро-Парк». Её рыжие волосы слипаются от влажного воздуха, а гитарный чехол, заляпанный наклейками групп вроде *The Rusty Keys* и *Midnight Echoes*, валяется рядом с пустым стаканом для мелочи. Однажды её замечает Картер, старшеклассник из параллели, который тайком записывает её выступление