Лиам, садовник с облупленными ногтями от постоянной возни с землей, каждое утро протирал ржавчину с таблички у входа в заброшенный парк на окраине Монреаля. Там, среди заросших кустов боярышника и треснувших гранитных скамеек, он наткнулся на дневник 1920-х годов, закопанный под корнями старого клена. «*Круги на воде — не волны, а следы*», — прочитал он дрожащим голосом, показывая испещренные
Лиам, в потрепанной кожаной куртке, каждое утро протирал очки от пара, поднимаясь из метро на улицу Сент-Кэтрин. Его соседка Джейд, с розовым ирокезом и татуировкой в виде уравнения на шее, нашла в подвале их дома старый сервер с файлами проекта «Хронос». «Тут дата — 12.03.2005, — тыкала она в экран, заляпанный кофейными пятнами. — Твой отец тестировал нейроинтерфейсы до того, как его лабораторию
Николас, рыжий мальчик в потёртой синей куртке, каждое утро проверял самодельные ловушки за сараем — банки с мёдом, сети из бабушкиного вязания. "Опять только следы на снегу", — бурчал он, вытирая нос варежкой. Его друг Тоби, толстая такса, грыз ледяную сосульку у крыльца, пока Николас спорил с соседкой Лизой: "Эльфы не возят подарки, это родители!" — "А кто тогда разбил
Люсиль, 16 лет, в рваных джинсах и с синяком под глазом, копается в старом чемодане Жизель — матери, которая пропала три месяца назад. Все в Сент-Ирене говорят, что та погибла в ДТП на шоссе 117, но Люсиль знает: мать носила в сумочке аптечку с нашатырём, никогда не садилась за руль пьяной. В дневнике под кроватью она находит записи: *«Реми врёт насчет поставок. Если что-то случится — проверь
Кайл Кизи, закапываясь в стопку энциклопедий в углу читального зала, наткнулся на треснувший переплет «Приключений Шерлока Холмса». Внутри лежала записка: *«Ищи там, где числа танцуют»*. Рядом Сьерра Рассел, перебирая карту звездного неба с нарисованными маркером крестиками, усмехнулась: «Твоя логика сломается быстрее, чем этот стул». Мигель Фернандес, втиснув жвачку под стол, пытался взломать
Лиам, 27 лет, каждое утро заворачивает в кафе на углу Сент-Кэтрин и Мейн в Ванкувере, берет кофе с двойной порцией сиропа. За прилавком Майк, его однокурсник по университету, всегда ворчит: «Опять в архив опоздаешь, старикам газеты не понадобятся». Лиам работает в городской библиотеке, оцифровывает старые газеты 80-х. Натыкается на статью о закрытой шахте возле Уистлера — фото с обветшалым
В пригороде Ванкувера семья Харпер переезжает в дом с подвалом, заваленным журналами наблюдений за беременностью. Близнецы Лекс и Майлз, 16 лет, находят в старом чемодане письма от женщины, подписанные инициалами «Л.Х.», с упоминанием «проекта 23». Лекс замечает, что родинки у них с братом расположены зеркально, а в школьном спортзале учитель физкультуры слишком внимательно фиксирует их пульс
Сара Лундквист, бывшая медсестра из Торонто, срывается с места после того, как находит в гараже мужа, Джейкоба, окровавленный рюкзак с пачкой чужих паспортов. Она хватает десятилетнюю дочь Эмму, вырывает SIM-карту из телефона, оставляет машину на парковке у супермаркета «Метро» и садится на автобус до Садбери. Там берет имя Линда Грейс, снимает квартиру над закусочной «Блюз-бар», где теперь моет
Лейла, 27 лет, вязала свитер у прилавка своей пекарни *La Douceur* в Монреале, когда в дверь позвонил Джереми — парень в помятом кожаном пальто, пахнущий бензином и мятными леденцами. «Твой дед должен нам 15 тысяч», — бросил он, разглядывая витрину с эклерами. Она выронила спицы, задев поднос с имбирным тестом. Через три дня он вернулся с пачкой наличных: «Рассчитайся, но я буду проверять книги
Энди Лэскью, 22 года, втирает пот со лба, пока бежит за подозреваемым через задворки рыбного рынка. Его отец, Ник, старший сержант с 30-летним стажем, кричит в рацию: «Не лезь в погоню один, щенок!» Энди игнорирует — через десять минут он валяет хулигана в грязи возле мусорных контейнеров, но вместо похвалы получает выговор за нарушение протокола. Дома, в тесной квартирке над гаражом, они едят
Карина Мидзуно, 19 лет, переезжает из Ванкувера в Токио после развода родителей. В старом общежитии на улице Сибуя она сталкивается с Хикари Амано, 17-летней соседкой, которая целыми днями репетирует на расстроенном синтезаторе Yamaha. «Ты играешь как робот с разряженной батарейкой», — бросает Карина, открывая дверь в ванную, где Хикари пытается починить кран с помощью заколки. К вечеру они
Марк Реннер, детектив с привычкой жевать мятные таблетки, копался в папке с фото жертвы возле старых доков Блэкстоуна. Его напарница, Лина Варгас, в потертой кожаной куртке, тыкала пальцем в пятно крови на асфальте: «Тут не один человек был. Следы шин слишком глубокие для легковушки». Они оба знали — дело связано с контрабандой через порт, где грузчики в рваных перчатках шептались о «ночных