В приморском городке Аричча, недалеко от Рима, сорокалетняя Лючия разбирает вещи в доме покойной матери. В старом сундуке с облупившейся голубой краской она находит конверт с билетом на поезд Милан—Варшава 1987 года и фотографию незнакомого мужчины в очках с толстыми линзами. «Кто это? Зачем ты хранила это?» — бормочет она, переворачивая снимок. На обороте детским почерком выведено: *Паоло*. На
В Бухаресте аптекарь Мария, 28 лет, каждое утро раскладывает пузырьки с травяными настойками, пахнущими лавандой и мятой. Её клиенты — пенсионеры с рецептами на снотворное и молодые мамы, спрашивающие: «У вас что-то от колик?». Однажды в дверь входит Виктор, 32 года, программист с мешками под глазами, роняет на прилавок коробку антидепрессантов: «Это можно заменить чем-то без побочек?». Они
Аслан, водитель «Газели», каждый день возит овощи с Зеленого базара в Алматы. Живет с матерью Гульнарой в пятиэтажке на окраине, где соседка Дарига постоянно сует нос в их дела. «Опять в рваной кофте? — ворчит Гульнара, зашивая ему рукав. — Как ты невест искать будешь?». Он отмахивается: «Ма, лучше самосвал куплю — пригодится». Но мать тайно договаривается с свахой, и однажды Аслан, застряв в
Алма, затянутая в кожаную куртку, выходит из салона красоты на Толе би. В кармане звонит телефон: «Придешь? Все ждут». Она морщится, вспоминая обещание встретиться с одноклассниками через двадцать лет. В кафе «Жулдыз» за столиком с липкой скатертью Ернар, теперь учитель математики в той же школе, нервно стучит ложкой по стакану кумыса. Рядом Гульнара, в платке с узорами, продает на рынке специи,
Алия, 19 лет, дочь скотовода Ербола из аула под Шымкентом, отказывается выходить замуж за Армана — сына городского бизнесмена Мурата. Отец кричит, разбивая пиалу с кумысом: «Ты думаешь, диплом из Алматы важнее семьи?» В приданое включены 20 баранов и старый дом с треснувшими ставнями. Алия тайно звонит подруге Гульнаре, шепча в сотовый: «Если приедешь за мной завтра к автовокзалу, сбегу». Тем
Айша, молодая келин, втихаря шьет платья на старой машинке *Зингер* в подсобке дома свекрови Нуржамал. Муж Ербол, таксист, не в курсе — он целыми днями развозит туристов по предгорьям Алматы. "Опять иголки на полу? Ты ж ковер испортишь!" — Нуржамал швыряет веник в угол, пока Айша прячет лоскутки шелка под диван. По четвергам, когда свекровь уезжает на базар за куртом, Айша тайком
Рафаэль Беккас, детектив с привычкой теребить цепочку от часов, приезжает в Сен-Луи-дю-Ванту, где на заброшенной мельнице находят тело пожилого рыбака Анри Леруа. В кармане жертвы — записка с координатами старого маяка и инициалами «М.К.». В местном баре «Ле Гуро» бармен Жерар, вытирая пивную пену со стойки, бросает: «Леруа вечно ворчал, что кто-то рыбачит в его зоне. Грозился жаловаться мэру».
Лейла, девушка из Баку с рыжими прядями в чёрных волосах, моет полы в берлинской пекарне *Kornblume* после закрытия. Наушник выпадает, когда звонит мать: «Çörək bişirdin?» — спрашивает та, пока Лейла разминает затекшую спину. По дороге в хостел на Шпреевальдштрассе она спотыкается о ящик с перезрелыми гранатами у турецкого магазина — Марк, парень в засаленной куртке курьера, ловит её за локоть.
Эмир, 24 года, копается в двигателе «Рено» 1998 года в своей мастерской за рынком Кадыкёй. Запах машинного масла смешивается с ароматом кофе, который он ставит на верстак рядом с пачкой сигарет «Tekel 2000». Лейла, 20 лет, в потёртых джинсах и с рюкзаком, заляпанным краской, тычет пальцем в проколотое колесо своего скутера: «Ты уверен, что починишь за два часа? Мне на лекцию в университет
Алия, двадцать четыре года, втискивается между столиками кафе «Нур» на окраине Алматы, разливая кумыс по гранёным стаканам. В углу Ернар, её друг детства в засаленной футболке автослесаря, ковыряет вилкой бешбармак: «Опять Бауржан счётчики проверял? Говорил — переезжай ко мне в гараж, пельмени варить будем». Алия стирает со лба пот, глядя на треснувшую плитку за стойкой — аренда задерживается
Тэнди Боуэн, 17 лет, крадет энергетические батончики из круглосуточного магазина на окраине Нового Орлеана. Живет в трейлере с матерью-алкоголичкой, носит потертые кеды с дыркой на большом пальце. Однажды ночью, бродя у разрушенного моста через Миссисипи, она замечает парня в черной толстовке — это Тайрон Джонсон, баскетболист из престижной школы, который прячет под курткой синяки от полицейских
Иван Вукович, комиссар с помятым пиджаком и вечной пятичасовой тенью, копался в бумагах на третьем этаже загребского участка. На столе — кружка остывшего кофе из автомата с надписью «Donat», крошки от *брековых*. Его напарница, Люсия Млакар, щелкала ручкой: «Опять эти контейнеры из Риеки. Там ни накладных, ни логов. Как призраки». Иван выдернул из стопки фото: ржавые ящики в порту, следы грязи на
