Представьте себе Лос-Анджелес 90-х: неоновый адреналин, бесконечные ночи и этих двадцатилетних мечтателей, которые верят, что город подарит им всё. Вот Майк — парень, который сбежал от семейной водопроводной эпопеи в Нью-Джерси, только чтобы отец не орал в трубку: «Брось свою писанину, тут клиенты ждут!». А он… Ну, вы же понимаете — хочет быть новым Хемингуэем, а не с гаечным ключом в руках
Представляешь себе этого типа — вроде бы дед спокойный, сидит себе на тропическом острове, кофе потягивает, волны считает. Ан нет! Бывший капитан Макхэйл — тот ещё орешек, его хоть танком дави. Думаешь, на пенсии расслабился? Как бы не так! Тут выплывает какой-то старый кореш, да не с добрыми намерениями, а грозится его райский уголок в щепки разнести. Ну и что делает наш седой вулкан? Да как в
Знаешь, в одном сериале 90-х (ох, эта ностальгия!) есть сюжетная линия, от которой до сих пор смешно и странно одновременно. Представляешь — какая-то штуковина вроде пульта, но вместо каналов переключает… ммм, скажем так, *настроение* людей. Да-да, тот самый кликер! Сначала думаешь: "Ну, очередной абсурдный гаджет", а потом персонажи начинают его использовать — и всё летит в тартарары.
Представь: обычный учитель литературы, тихий такой парень из захолустного городка. Живёт себе, уроки проверяет, свадьбу с невестой готовит — в общем, рутина, покой, благодать. Но жизнь, знаешь, любит подкидывать сюрпризы в самый неожиданный момент. И вот его бывший ученик — ну тот, что теперь щеголяет по красным дорожкам и целует золотые статуэтки — вдруг на всю планету выдаёт с трибуны «Оскара»:
Знакомьтесь с Аланом Партриджем — парнем, который застрял в Норидже, как жвачка под школьной партой. Представь: ночные эфиры на местном радио, где слушателей меньше, чем у него нервных тиков после третьей чашки кофе. А всё почему? Телевидение. Оно ему снится, честное слово! Каждое утро он просыпается с мыслью, что вот-вот сорвёт джекпот — запишет пилот, найдет продюсера, станет звездой... А к
Знаешь, вот история эта — ну просто огонь! Представляешь: Джей Ти, обычный клерк из мотеля, скука смертная. Работа — как прокручивание плёнки на повторе. И вот, видимо, от нечего делать он с корешами решает "одолжить" тачку у какой-то женщины, остановившейся у них. Ну типично же — молодость, адреналин, да? Только вот фишка в том, что барышня-то оказалась... хм, как бы помягче... местной
Вот как можно переработать текст: Привет, Новый год! Утро началось просто отвратительно — у Стретча со Спуном, этих вечных подкаблучников от героина, их подруга Куки перебрала с дозой. Представляешь? Просыпаешься от хриплого дыхания, а она уже синеет на потёртом диване. Мысли путаются, руки дрожат — в общем, рванули в больницу как в последний бой, даже не помню, как ноги до машины донесли.
Знаешь, кто самые безумные детективы на свете? Парочка приятелей — пес Сэм и его напарник-кролик Макс. Нет, серьезно, пес и кролик! Они там себя «вольными полицейскими» зовут, но это как сказать... Сэм — этакий невозмутимый здоровяк в шляпе, который, кажется, даже в аду сохранил бы ледяное спокойствие. Ну а Макс? Ох, этот рыжий комок энергии! Он словно помесь тасманского дьявола и ребенка,
Помнится, есть такой фильм про двух чудаков — Стива и Монику. Врезались друг в друга по уши так, что он завязал с сигаретами (а это ж целый подвиг для парня, который раньше дымил, как паровоз!), а она вдруг забила на диеты и эти вечные взвешивания по утрам. Романтика, цветочки-сердечки, все дела. Ну а потом... бац. Оказалось, что любить-то легко, а вот ЖИТЬ вместе — ад кромешный. Они будто
Вот история, которая заставит вас то смеяться, то хвататься за голову. Представьте: режиссёр Алан Смити (да-да, тот самый с невероятной верой в своё кино) задумал снять сумасшедший блокбастер с тремя звёздами — Сталлоне, Вупи и Чаном в одной связке! Мечты о кассовых сборах, красных дорожках… Ан нет! Студия, как ножницами по плёнке, отхерачивает его шедевр до неузнаваемости. И тут Алан — честно,
Вот, представляешь: Розанна, живая-здорова, уже сейчас держит мужа в ежовых рукавицах. "Слушай, Марчелло, — говорит, — когда я, не дай бог, сыграю в ящик, закопай меня ТОЛЬКО тут, на нашем кладбище". А там, между прочим, мест-то — раз-два и обчёлся, три всего! Ну как тут не сойти с ума? Бедолага Марчелло теперь как на иголках: ходит, высматривает, не дай бог кто из соседей кашлянет
Представьте себе типичного британского интеллектуала — этакого Джайлса Де’Ата. Ну знаете, аристократ до кончиков пальцев, пишет изящные романы, пьёт чай с мизинцем вверх и ненавидит всё современное: телевизор для него — «ящик для идиотов», а кино — «вульгарное шоу для толпы». И вот этот самый Джайлс, словно под гипнозом, залетает на какой-то молодежный киносеанс. Случайно! Может, дверь перепутал,
