Эмили Ли, 28 лет, переезжает в провинциальный городок Брекенвилл после увольнения из чикагской IT-компании. Ее новая работа — менеджер в ветхой библиотеке на Первой улице, где полки скрипят, а в углу стоит кофейный аппарат 90-х. Первый день: местный бармен Карлос, 35, с татуировкой койота на предплечье, приносит ей латте с корицей, ворча: «Здесь любят покрепче, но новичкам — только так». Вечером
В прибрежном городке Пайн-Рок, штат Мэн, 17-летний Эли Картер подбирает на пляже разбитый дрон с камерой, пока его младшая сестра Лайла ковыряет ракушки ножом для масла. Внутри дрона — флешка с зашифрованными координатами, ведущими к заброшенному маяку, где их отец, рыбак Грег, пропал два года назад. Эли, работающий в ремонтной мастерской «Гаджет-хаус», паяет провода дрона на кухонном столе,
В пригороде Сиэтла 17-летняя Лина Моррис ковыряется в картонных коробках на пыльном чердаке нового дома. За окном маячит сосна с обломанными ветками, а под половицей она находит потрепанный дневник Эмили Гарретт — школьницы, исчезнувшей в 1994-м. «Ты опять в своих расследованиях?» — кричит снизу мать, запах жареной картошки тянется по лестнице. Лина скрипит маркером по стене, соединяя вырезки из
Элла, 27 лет, библиотекарь из Редферна, копалаcь в подвале городской библиотеки, разбирая коробки с пожертвованиями 80-х. На дне ящика с потрёпанными детективами нашла конверт с обгоревшим углом — внутри фото троих женщин в чёрных платьях, стоящих у вокзала Централ. На обороте карандашом: «Не пускайте их в дом. 12.06.1987». Мэйв, её соседка с рыжими корнями у висков, работавшая в кафе напротив,
В Антверпене, в подвале мастерской таксидермистки Лотте Де Вриз, находят труп мужчины с микрочипом под кожей левой ладони. Лотте, 34 года, в пятнистом халате и перчатках с остатками птичьих перьев, обнаруживает чип случайно, разрезая руку для бальзамирования. «Это не просто труп, тут провода вместо вен», — бормочет она, доставая чип пинцетом. В тот же день в Роттердаме механик Кеес ван дер Мер,
Белла Свон, переехав в Форкс к отцу, устраивается помощницей в местную библиотеку. Запах старых книг смешивается с ароматом кофе из термокружки с надписью «Don’t talk to me» — подарок мамы из Феникса. В дождь она замечает Эдварда Каллена, который пятый день подряд берет том Шекспира, но никогда не продлевает срок. «Ты опять в этом сером свитере? — спрашивает она, протирая стойку салфеткой. — Не
Карим, 23 года, чинит проколотую покрышку в семейной мастерской возле рынка Хан эль-Халили. Его сестра Аиша, в потёртом хиджабе с узором из жёлтых цветов, приносит ему лепёшку с фасолью: *«Мама сказала, если не поешь — сама притащит тебя за ухо»*. Отец, Ахмед, лежит в комнате с отслоившейся штукатуркой, кашляет в подушку — деньги на лекарства закончились неделю назад. Карим крадёт ключи от
Якуб, студент-архитектор из Гданьска, приезжает в Лодзь после письма от нотариуса. В квартире дяди Казимира, пропахшей табаком и лавандовым одеколоном, он находит коробку с ключами от неизвестных замков и фотографию 1987 года с подписью *«Не доверяй Вере»*. Сестра Агнешка, медсестра с татуировкой цикады на запястье, сразу требует продать дом: «Здесь даже плита не работает — только микроволновка,
В Брюсселе Софи Вандерстен, реставратор с облупившимся синим лаком на ногтях, обнаруживает на обороте картины XIX века штамп с буквами «LRB» и пятно, похожее на соус. «Это не охра, — бормочет она, протирая тряпкой скипидар, — паприка?» В тот же день в Лионе шеф-повар Этьен Руа выбрасывает мешок риса с странным запахом — внутри засохший цветок мака. «Merde, — кричит он поставщику, — вы мне не
Вина, засучив рукава школьной формы, перебирала коробки в сарае деда. Между ржавыми серпами и связками сушеного перца она вытащила потрепанный дневник с вмятиной от пули на обложке. «*1943. Сегодня привезли еще троих. Говорят, проклятие активируется через семь дней после вскрытия могилы...*» — прошептала она, вытирая пальцем пятно от плесени. За спиной хлопнула дверь: Раден, ее младший брат,
Азиз Махмуд Аль-Хюдаи, реставратор из Стамбула, живет в крохотной квартире над мастерской в районе Фатих. Каждое утро он заваривает крепкий кофе в медном джезве, поправляет очки и идет чинить треснувшие изразцы в мечети XVI века. На рынке Капалы Чарши он сталкивается с Лейлой, девушкой в потертой кожаной куртке, которая снимает на плёнку узоры на старых кувшинах. «Это не османский орнамент, —
В Марселе Люк Моро, бывший таможенник с шрамом над бровью, роется в ящиках своего ржавого фургона, забитого контрабандными сигаретами и старыми газетами. Его сестра Элоиза, медсестра в госпитале Сальпетриер, обнаруживает в кармане умершего пациента ключ от сейфа с пометкой «Антверпен». Тем временем в Милане Карла Висконти, дочь владельца текстильной фабрики, прячет в вентиляции цеха сумку с
