Лив, рыжая в очках, каждый четверг после уроков химии прячет в рюкзак с чипсами и сломанным замком пробирки с зеленой жидкостью. Ее подруга Мэдди, в растянутой футболке Nirvana, мастерит ловушки из старых CD-дисков в гараже отца, где пахнет бензином и плесенью. "Ты уверена, что это сработает против *них*?" — бормочет Дрю, вскрывая школьный сервер через ноутбук с наклейкой "404
Айна, девочка лет десяти в выцветшем красном платье, нашла раненого жеребёнка у реки Нарын. Отец Касым, чьи сапоги всегда пахли дымом костров, запретил ей приближаться к табунам: «Браконьеры Марата стреляют даже по детям». В сарае за домом, где висели старые уздечки и сушились травы, Айна перевязывала копыто жеребёнку тканью от своего платка. «Тебя зовут Ак-Куу, — шептала она, — потому что снег
Шэгги тащит ящик с кабелями по коридору телестудии WQEQ, спотыкаясь о провода. Скуби-Ду в наспех повязанном галстуке жует пончик у гримерки, оставляя крошки на клавиатуре монтажного стола. «Эй, Скрэп, может хватит снимать эту скучную передачу про погоду?» — бормочет он, тыча лапой в экран, где зацикленно крутится запись с зеленым экраном. Скрэппи-Ду, в очках и с раскадровками под мышкой, резко
Нина Морган, ветеринар из Сан-Франциско, приезжает в захолустный городок Редвуд-Спрингс после смерти дяди, оставившего ей обветшалый зоопарк с парой десятков животных. Её синий фургон «Додж» 1985 года застревает в грязи у ворот, пока местный фермер Берт не вытаскивает его трактором, бурча: «Тут дожди — как проклятие, а вы городские вечно без сапог». В старом офисе Нина находит папки с долгами за
Лука, в помятом свитере с капюшоном, каждое утро толкал Антуана в дверь их панельной пятиэтажки в пригороде Лиона: «Ты опять засыпаешь с наушниками?» Старший брат, не отрываясь от телефона, бурчал: «Прибежим, как всегда». Они мчались через двор, обгоняя соседку мадам Клер с таксой, которая кричала: «Мальчики, вы разобьёте колени!» В школе Лука прятал ржавый ключ от квартиры под горшком с геранью
Эмили, бывшая шеф-повар из Бруклина, втискивает чемоданы в треснувший шкаф в домике на окраине Шушанны — рыбацкого поселка на Аляске. Джек, владелец местного паба *Ломаный киль*, смотрит, как она пытается разжечь печь дровами с корой. «Здесь клюквенный пирог едят с маслом, а не с вашим этим… бальзамическим кремом», — бросает он, когда она переделывает меню. По утрам Эмили обходит замерзший
Джек, пятнадцатилетний парень с рыжими веснушками, находит ржавый медальон за ящиком с гвоздями в сарае за домом. На металле выцарапаны руны, которые он случайно активирует, почесав затылок и уронив каплю крови. Из-под земли выползают три скелета в доспехах: Кайрон с треснувшим черепом, Горак, тащащий кирку вместо руки, и Зара, чьи рёбра обмотаны тканью с выцветшим гербом. «Ты разбудил нас через
В провинциальном городке Брэнтфорд двенадцатилетний Алан Пэрриш находит на стройке закопанную коробку с доской, покрытой резными узорами. Дома, на чердаке, он запускает игру — кости выпадают на клетку с надписью *"В джунгли вас затянет, пока звериный рог не прозвучит"*. Из пола вырываются лианы, затягивая его внутрь. Спустя 26 лет брат с сестрой, Питер и Джуди Шепард, переезжают в тот
Громмогор, мохнатый наставник с трезубцем вместо руки, грохочет голосом, разбирая неудачную попытку Айка напугать манекен в тренировочной пещере. «Ты жалок! — рычит он, тыча в синяк под глазом манекена. — Настоящий монстр оставляет следы в *головах*, а не на щеках!» Айк, синекожий юнец с торчащими ушами, мнет в лапах ржавые ножницы — его любимый инструмент для «стрижки страхов». Рядом Обличитель,
Даня, водитель трамвая №18 на Подоле, каждое утро заворачивает в целлофановый пакет бутерброд с салом и кофе из термоса. Дочь Маша, 14 лет, ворчит на крошки на диване: *«Пап, я же просила не есть в зале»*. Он молча вытирает ладонью обшарпанный подлокотник, глядя на её рюкзак с нашивкой «Химия — это боль». Вчерашняя ссора из-за пропущенного школьного концерта висит в воздухе, как запах
Сванте, в клетчатых штанах с оторванной пуговицей, сидел на подоконнике своей комнаты в доме на улице Вуосенкуллин. В руках — сломанная модель биплана, которую он пытался склеить столярным клеем «Титан». Запах жареных фрикаделек из кухни смешивался с гудением мотора за окном. «Эй, пухляш! У тебя сахар есть? Мотор захлебывается», — прокричал рыжий мужчина в засаленном комбинезоне, приземляясь на
Дейв, пятнадцатилетний парень из пригорода, копался в куче хлама за автосервисом отца. Старый холодильник, промасленные покрышки — тут он наткнулся на сверкающий комбинезон, застрявший под ржавым бампером. "Эй, пап, глянь! — крикнул он, примеряя костюм поверх джинс. — Похоже на костюм какого-то космического мусорщика". Отец, вытирая руки об ветошь, хмыкнул: "Только не вздумай