Юки, 17 лет, в рваном желтом плаще копошится в развалинах супермаркета на окраине Шэньяна. Ее рюкзак с японскими иероглифами на лямке набит консервами «Хайфэн» и ржавым мультитулом. Ли, 19-летний парень с шрамом через левую бровь, стаскивает с полки банку тушенки, швыряет ее в сумку из грубой ткани: «Если не уйдем до заката, патруль сожрет нас, как тех крыс в тоннеле». Они спорят у разбитой
Алиса, двадцать три года, живет в Зареченске — городок с пятиэтажками, облезлыми от ржавчины балконами. Работает в аптеке на улице Ленина, раскладывает коробки с анальгином и валерьянкой. По вечерам забегает к Денису в гараж — тот чинит «Жигули», руки в масляных пятнах. «Слушай, может, рванем в Пермь на выходные?» — говорит он, вытирая тряпкой клаксон. Алиса молчит, смотрит на трещину в бетонном
Раджа, подросток из деревни в Пенджабе, каждое утро помогает отцу Балбиру доить буйволицу Гури. Мать Джасвиндер ругает его за опоздание в школу, пока месит тесто для чапати на глиняной печи. После уроков Раджа прячется в сарае с дедушкой Сантошем, который передаёт ему тюрбан с вышитыми золотыми нитями: *«Повяжешь — сила предков станет твоей, но терять нельзя, даже во сне»*. На следующий день,
Марко, 27 лет, в рваной куртке, копался в сарае с козами, когда сестра Люция, 19, прибежала с охапкой мокрого белья. «Опять следы у колодца — копыта, но крупнее», — бросила она, развешивая простыни на веревке между сливой и ржавым трактором. В деревне на границе Сербии и Словении, где дома пахли дымом и шерстью, странности начались после того, как старик Милош разбил зеркало в корчме. Марко
Альма, затянутая в потрёпанный плащ, стоит под дождём у входа в аптеку на улице Лавапиес, когда её хватают за локоть. «Ты знаешь, за что», — шепчет полицейский, сунув ей под нос фото окровавленного портфеля. Дома, в трёхкомнатной квартире с отслоившимися обоями, её муж Даниэль прячет папки с цифрами — транзакции через офшоры на Кипре. «Где ты был в четверг?» — Альма тычет пальцем в распечатку
Люкас Ван дер Смит, налоговый инспектор из Антверпена, каждое утро начинал с эспрессо из автомата на вокзале Берчем. Его пиджак пах сигаретным дымом и дошираком — вчера Элоди, девушка с цветочного магазина на улице Мейр, опять забыла постирать вещи. «Ты спишь по три часа, — бросила она, завязывая фартук с вышитыми ромашками, — рано или поздно они тебя найдут». Днём Люкас проверял счета владельцев
Мэрила Катберт, в строгом сером платье, осматривает рыжую девочку у порога: "Нам писали о мальчике для фермы. Ты не справишься с коровами". Энн Ширли, с чемоданом из коры, перебивает: "Я доил коз в приюте! И читаю Байрона". Мэтью, в засаленной кепке, прячет улыбку, пока сестра ворчит о "лишнем рте". Вечером Энн моет полы, распевая шотландские баллады — Мэрила
Джек, капитан с обожженным пластырем на левой щеке, ворчал, разбирая панель навигации корабля «Серебряный ястреб». Лена, инженер в засаленном комбинезоне, швырнула гаечный ключ в угол: «Генератор опять клинит — без запчастей с Юпитер-5 мы тут сдохнем». Рядом Тимоти, подросток-хакер, жуя синтетический бургер, взламывал частотник спутниковой связи: «Ставлю десять кредитов, что грузовой конвой
Лиза Морган, пятнадцати лет, в рваных джинсах и с фотоаппаратом на шее, нашла объявление на столбе у пекарни «Сладкий угол»: *«Пропал рыжий кот, кличка Барсик. Нашедшему — 50$»*. Она тут же позвонила Максу, соседу с гитарой за спиной, который копался в моторе своего «Форда-79»: «Миссис Хендерсон не спала три ночи. Говорит, он исчез после грозы — даже ошейник с колокольчиком остался на крыльце».
Лиам толкал ржавые ворота заброшенного сарая на окраине Брэкенвилля, пока София листала потрепанный дневник её деда. «Тут написано, что ключ спрятан под третьей ступенью», — бормотала она, проводя пальцем по выцветшим чернилам. Джейкоб, закатав рукав фланелевой рубашки, копался в ящике с замками: «Если это ещё одна ложная зацепка, я съем твой бутерброд с арахисовым маслом». В углу валялись
Эмили Карвер, медсестра с татуировкой дракона на запястье, переезжает с мужем Джейкобом и дочерью-подростком Лизой в старый особняк возле озера Клэрвик. На второй день Лиза находит под ковром в гостиной ржавый ключ с гравировкой «Т.Р.», а Джейкоб замечает, что вода в раковине внезапно становится ледяной, даже когда включен кипяток. «Ты слышишь? Как будто кто-то ходит наверху», — говорит Эмили,
Соён, студентка-второкурсница, подрабатывает в кафе *Blue Mug* возле станции Итэвон. Во время уборки в подсобке она натыкается на потёртый блокнот с надписью *А-13* и странными схемами, напоминающими крылья. «Ты опять бардак не убрала?» — бросает ей коллега Джинсок, указывая на разлитый сироп. В тот же вечер за блокнотом приходит молчаливый парень в чёрной куртке — Минхо. Он хватает Соён за руку:
