Продавец элитных продуктов снимает квартиру по странной схеме: у каждого из четырёх жильцов есть ровно один день в неделю на своё занятие. Он мечтает о любви, ассистентка дантиста пишет картины в своё окно, трое друзей-бизнесменов просто пьют пиво у телевизора. Правила делят пространство, но не чувства. Постепенно общие стены перестают быть границей. Случайные встречи на кухне и забытые вещи
Одни снимают кино про жизнь, другие пытаются её заснять. Молодой документалист приезжает в захолустный городок снимать простых людей, но его профессиональный интерес быстро переключается на одну местную легенду. Чудак по прозвищу Одноглазый Джимми бесследно исчез, и теперь студент одержим идеей найти его хотя бы на плёнке. Чем глубже он копает, тем яснее понимает: все, с кем он говорит, сами
Пятнадцатилетний Антуан из рабочей семьи скучает на уроках и грезит рок-н-роллом. После того как он попадает под машину, его жизнь меняется: в больнице за ним соглашается присматривать Оливия, девушка из богатой семьи, живущая в старинном поместье. Она помогает ему с учёбой, и Антуан незаметно влюбляется. Робкий подросток открывает для себя книги и решает стать писателем, но его чувства к Оливии
Полицейскую обвиняют в убийстве собственного жениха. Теперь за ней охотится закон, и каждый, кто мог бы помочь, отворачивается. Единственный, кто решается протянуть руку, - уличная угонщица машин по имени Коко, у которой свои причины ввязываться в чужие проблемы. Помощь беглянке грозит Коко не просто потерей привычного криминального заработка. Она ставит под удар весь её теневой бизнес, заставляя
Поль владеет отелем, но не терпением. Раздражительный и склонный к истерикам, он убеждён, что любимая жена ему изменяет. Подозрение перерастает в паранойю, паранойя - в навязчивую идею. Каждый взгляд, каждое опоздание жены служит для него доказательством. Дьявольская ревность не просто портит характер, она стирает черты прежней личности. Семейная жизнь превращается в ад, где сам Поль - и жертва,
Лондонский лорд-хиппи и его американская возлюбленная по рассеянности путают своего младенца с сыном честолюбивого повара-индуса. Настоящий наследник Томми растёт в трущобах, а Генри получает титул и благополучие. Спустя годы ошибка вскрывается, и вопрос о том, кому достанутся деньги и положение, становится взрывоопасным. Томми, выросший на улице, не собирается уступать то, что принадлежит ему по
Два пацана на велосипедах врезаются в тишину северного французского городка. Мартин и Симон - местные вандалы, их стихия: разбитые витрины и пустые дома. Мартина за очередную выходку отправляют в спецучреждение для малолетних преступников. Оттуда он сбегает снова и снова. Каждый побег - это встреча с братом и новый налёт. Герои живут по своим правилам, в которых нет места взрослому миру с его
В старый русский город приезжает цирк. Силовой жонглер Валериан поселяется в комнате одной из трех незамужних подруг, которым давно за тридцать. Он не сразу узнает в хозяйке свою одноклассницу, а она все эти годы его помнила. Более того, она назвала сына его именем. Каждая из подруг добра и весела, но за плечами у каждой своя тихая грусть. Появление Валериана вносит в их размеренный быт суету,
1993 год, провинциальный город. Шерон только что потеряла мужа и пытается собрать жизнь заново. Однажды она узнаёт об общине, где проповедуют личный разговор с Богом и скорый Судный День. Вера даёт ей силы справляться с буднями, в которых слишком много тишины и одиночества. Но человеческое горе не становится легче от одной только надежды. Шерон пробует удержаться за новую веру, но терпение
Старшеклассник живет под гнетом старшего брата и мачехи. Их ежедневные издевательства делают дом местом, где нет покоя. Он хочет только одного: вернуть себе право распоряжаться собственной жизнью. Терпеть дальше невозможно, и парень решает действовать. В ход идут отчаянные меры. То, что начиналось как попытка защитить себя, быстро превращается в кровавую череду последствий. Каждая новая выходка
Тюремные коридоры пахнут потом и металлом. Здесь каждый день начинается с одного и того же: проверки решёток, переклички, ожидания. Для человека, которого государство уже списало со счетов, эти ритуалы звучат особенно глухо. Ему нечего терять, и это единственное, что у него осталось. Волчьи законы колонии не прощают слабости, а смертный приговор превращает любого в изгоя. Никто не заступится,
Сотрудник крупной студии ссорится с боссом и решает: хватит работать на дядю, пора открыть собственный кинотеатр. Он берётся за реконструкцию старинного Дворца кино, а для премьеры выбирает итальянский эпос о подвигах Геркулеса - с размахом и без дураков. Бывший начальник не прощает дерзости и подсовывает недублированную копию: ни субтитров, ни перевода. Зал полон, плёнка пошла, а на экране -
