Рик Граймс очнулся в заброшенной больнице, повязка на ране плеча уже пропиталась пылью. Он бродил по пустым коридорам, нашел ржавый ключ от склада с консервами, но банки были покрыты плесенью. Встретил Моргана Джонса в полуразрушенном доме — тот твердил, что «мертвые ходят, но не дышат», пока чистил ствол старого револьвера. Вместе добрались до Атланты, где Лори и Карл прятались в лагере на
Джейкоб Мэйс, ветеран с облупившимся серебряным значком на кепке, копался в ржавом грузовике возле своего ранчо в Неваде, когда заметил, что колодец за сараем пересох за одну ночь. Его жена Лора, стирающая занавески с узором кактусов, крикнула из кухни: "Опять песок в раковине! Ты когда трубы проверишь?" Дочь Эмили, 12 лет, рисовала мелом на потрескавшемся крыльце фигуры, похожие на
Лиам Картер, 27 лет, моет посуду в захудалом пабе на окраине Мельбурна, когда получает смс от сестры: *"Нашли её куртку у эвкалиптов за станцией. Приезжай, пока дождь не смыл следы"*. Он бросает губку в раковину с хлопком, оставляя жирные тарелки под мерцающей неоновой вывеской. В кармане — фотография Эмили, 16 лет, с царапиной через лицо, сделанная за три дня до исчезновения. Район
Марко, бывший инженер, живет в тесной квартире на via Marghera в Милане с младшим братом Лукой. После увольнения он неделями ходит в одном свитере, перебирает старые чертежи, пока Лука тайком развозит пиццу на потрепанном мопеде. «Ты вообще пытался найти что-то?» — Лука бросает ключи на кухонный стол, пахнущий пережаренным маслом. Марко молчит, ковыряет трещину в балконной плитке — внизу гудит
Мария, фармацевт из аптеки на Оболони, каждое утро чинит кран в ванной проволокой и изолентой, пока ее муж Олег, водитель трамвая №14, жарит яичницу с колбасой. "Опять проспали… Штраф за парковку вчера – 80 гривен, а ты все сопишь", – бросает Мария, завязывая шарф поверх халата. Олег, глотая чай, мямлит: "На Маршала Тимошенко вечно гаишники торчат, как возле кассы в АТБ". По
Кайл, рыжий парень в потёртой кожаной куртке, каждую субботу таскал баллончики с краской к заброшенному мосту на окраине Финикса. Там он встречал Мию — девчонку с фиолетовыми волосами, которая тайком таскала из дома старый синтезатор Yamaha. «Опять проспал?» — бросала она, разворачивая чековую ленту с координатами новой точки для граффити. Их «галереи» появлялись на водонапорных башнях, бетонных
Андрей Сомов, геолог с потёртым планшетом под мышкой, приезжает в сибирский посёлок Усть-Нарва зимой 1979-го. На улицах — колеи от грузовиков, замерзшая грязь. В барак, где поселили новичков, не провели воду: умываются из жестяного таза. Лида Петрова, учительница младших классов, замечает его в столовой треста, когда он вытирает пролитый компот рукавом телогрейки. «Тут ветошку дают у печки», —
Лена, 17 лет, в ржавом трейлере на окраине Окленда ковырялась в самодельном хронометре, спаянном из старых радиодеталей. Ее сводный брат Тамати, 19, в джинсах с выгоревшими коленями, пытался подключить микроволновку к автомобильному аккумулятору: «Ты уверена, что эти частоты совпадут?» — «Нет, — Лена швырнула паяльник в банку из-под ананасов. — Но если не попробуешь, твой дурацкий тостер снова
Лара Ван дер Стот, дочь детектива Йохана, каждое утро покупает кофе с кардамоном в киоске у Северного вокзала Брюсселя. Её маршрут — трамвай №3 до полицейского участка, где она сортирует старые дела отца, найденные в коробках с плесневелыми папками. «Ты копайся в бумажках, а я — в мусорных баках», — бросает ей коллега Йохана, Марк, указывая на шрам от ножа на предплечье. В одном из файлов Лара
В Нью-Йорке 1983 года Томас Гаррет, 34-летний архитектор с привычкой крутить в пальцах серебряный брелок от «Кадиллака», каждое утро заказывал в кафе «Блюз-кофе» черный кофе и сдобу с изюмом. Его соседка Лиза Морроу, студентка-искусствовед с рыжими волосами до плеч, однажды спросила: «Почему вы всегда сидите у окна?» — «Чтобы видеть, кто войдет», — ответил он, не отрываясь от эскиза фасада. По
Викрам, парень из трущоб Дхарави, каждое утро пробирается через узкие переулки, заваленные пластиковыми бутылками и обрывками рекламных афиш, чтобы успеть на смену в автомастерской. Однажды, пряча шрам на руке под засаленной тканью, он сталкивается с Амишей — дочерью местного политика — у ларька с чаем. «*Ты же не отсюда,* — бросает она, разглядывая его потрепанные кроссовки. — *Почему врешь про
На острове Лохгарр у западного побережья Шотландии археологи Джеймс Уитмор и Эмили Картер раскапывают каменный круг V века. Джеймс, в потертой куртке с торчащими из кармана картами, спорит с Эмили: «Тысячи часов на раскопки — и всё ради горстки глиняных черепков?» Она молчит, вытирая грязь с амулета, найденного под плитой с трещиной, похожей на змею. Вечером в коттедже, пахнущем сыростью и
