Виктория и Тайлер переезжают в арендованный дом с зелёной крышей у озера Каскейд, штат Орегон. Цель — спасти брак после того, как Виктория изменила с коллегой из клиники, где работает физиотерапевтом. В первый же день Тайлер находит в сарае ржавые цепи и клок чьих-то волос, прилипших к полу. "Это, наверное, от прежних арендаторов", — говорит Виктория, зажигая сигарету, хотя бросила
Ли Вэй, океанолог с хронической мигренью, каждое утро проверял данные с гидрофонов у берегов Циндао. Его дочь Сяолин, 12 лет, носила в рюкзаке ингалятор — приступы астмы участились после того, как в доме поселился запах тухлых водорослей. 14 мая рыбацкое судно «Лунный прилив» вернулось с пробоиной в корпусе. Капитан Чжан, вытирая ладонью мазут с куртки, хрипел: *«Это не рифы… Там что-то дышало,
В Ньюарке, на Лесли-стрит, семья Левин — Герман, страховой агент с вечно мятым галстуком, его жена Бесс, вытирающая руки о фартук во время готовки кугеля, их сыновья Сэнди, 16-летний художник, и младший Филип, который прячет под кроватью комиксы про супергероев — сталкивается с новыми законами после победы Линдберга на выборах. Герман теряет клиентов: «Смитсон-брокерс» разрывают контракт, шеф
Девон, старшеклассница с фиолетовыми кончиками волос, находит в шкафчике Хлои рваный дневник с записью: *"Джейк врёт насчет алиби. Если что-то случится — спроси у Брук"*. Хлои, капитан команды чирлидеров, упала с вышки на школьном стадионе Игана, штат Коннектикут, но полиция закрывает дело как несчастный случай. Девон снимает на телефон следы краски на перилах — тот же оттенок, что на
Лиза Дукас, 23 года, бариста из маленькой кофейни на rue Sainte-Catherine в Монреале, случайно забирает чужой чемодан в аэропорту Трюдо. Внутри — потрёпанный сборник нот для скрипки, чёрно-белые фотографии 60-х с надписью "Жан-Поль, Квебек" и коробка нераспакованных ёлочных шаров. Её собственный чемодан, который унёс незнакомец, содержал подарки для племянников: вязаные варежки с
Фаиза, затянув чёрный платок на лице, толкает дверь салона красоты в Эр-Рияде, где её подруга Лейла красит ногти клиентке. "Паспорт достала, но Насер следит за счетами", – шепчет она, пряча под абайю конверт с деньгами. На улице водитель грузовика, брат Лейлы Халед, стучит пальцами по рулю: "Если через час не будет у меня 5000 риалов, твой отец узнает про побег". Фаиза
Лидия, в потёртом фартуке с пятнами засохшей свёклы, каждое утро обходит границы фермы, проверяя проволочные заграждения. Её младший брат Джошуа, щурясь от солнца, копается в двигателе старого трактора — «Опять масло подтекает», — бросает он, вытирая руки о штаны. В подвале их дома, пахнущем сыростью и железом, стоят банки с консервированными овощами, подписанные дрожащим почерком: «Сентябрь
В переполненном кафе возле школы Эми, рыжеволосая скрипачка с потёртым чехлом от инструмента, пытается уговорить барабанщика Джея присоединиться к их группе. «Твои ритмы — как гром под землёй, — говорит она, размахивая телефоном с записью его импровизации в гараже. — Без тебя мы провалим выступление в четверг». Джей, перепачканный краской от ремонта мотоцикла, отмахивается: «Музыка — это хобби, а
В глухой деревне под Житомиром, 1847 год. Грицько, плотник с обожжёнными пальцами, тайком чинит телегу за сараем — собирается бежать на юг, к вольным землям. Одарка, дочь мельника, приносит ему краюху чёрного хлеба: «Ти ж обіцяв батька забрати…» — шипит она, оглядываясь на панский двор. В конюшне пьяный приказчик Семен бьёт кнутом старого коня, ворча про долги. На рассвете в лесу находят труп
Марта, Ребекка и Эстер Кларк живут в тесной квартире над прачечной в Мемфисе, где по утрам запах стирального порошка смешивается с ароматом подгоревшей овсянки. Старшая, Марта, работает кассиром в церковном магазине «Свет истины» и каждую субботу тайком записывает мелодии на диктофон с треснутым экраном. Ребекка, средняя, ворчит: «Опять аккорды из 90-х? Даже бабушка в хоре споёт живее», — но сама
Джек Риз, бывший морпец с татуировкой орла на предплечье, тушит сигарету о кирпичную стену бара *The Rusty Anchor*. В кармане жмет ключи от старого пикапа, который вечно пахнет бензином и рыбой. Его друг Гарольд Пайкер, детектив в помятом плаще, передает конверт с размытыми фото: «Смотри, эти ублюдки снова на Седрик-стрит. Грузовик с номерами закрасили, но шины те же — Michelin, 2020-й год». Джек
Лайма вечно опаздывает на лекции в колледж Сент-Мартинс, оставляя следы акварели на дверных ручках. Его соседка по общежитию, Софи, к четвертому часу ночи вываливает на пол коробку старых фотопленок: «Ты видел мой снимок с тем бродячим псом? Он сожрал мои кроссовки, пока я наводила фокус». Они спорят о том, считать ли случайные царапины на негативах искусством, пока чайник на общем кухне гудит,
