Дом, где убили твоих родителей, стоит на прежнем месте. Сара Беннетт возвращается в родной город не ради воспоминаний: кто-то начал повторять тот почерк, убивая местных жителей одного за другим. Каждая новая смерть точь-в-точь копирует детали старого дела, и полиция смотрит на Сару с тем же подозрением, что и двадцать лет назад. Она хватается за единственное, что остаётся: допрашивает соседей,
Они думали, что спрятались. Кейт переезжает с дочерью в уединённый дом на краю леса, пытаясь оставить позади призраков прошлого. Но тишина и изоляция не приносят покоя. Вскоре женщина замечает: то, что преследовало их раньше, снова здесь. Её материнские инстинкты натягиваются до предела - она не знает, что реально, а что рождается страхом. Дом не спасает, лес давит, а дочь всё больше отдаляется.
Брок Бленнерхассет снимает мёртвых. В викторианском Дублине посмертные портреты - последний крик моды, и он кормится этим ремеслом, пока полиция не решает, что фотограф сам убивает тех, кого потом запечатлевает. Репутация трещит, клиенты отворачиваются, и Брок пускается в собственное расследование, чтобы очистить имя. Но упрямый детектив тащит его глубже: не в гостиные скорбящих семей, а в
Тодд потерял друга Кёртиса, убив его девушку Ханну. Вернуть доверие теперь кажется невозможным, но он пытается. Аттикус вырывается из заточения внутри книги, и в школе появляется новый Пророк Чистого Зла. Старые раны смешиваются с новой угрозой. Книга вернулась, с ней вернулась и Ханна. Дружба, разрушенная одним жестоким поступком, сталкивается с волной тёмной магии, которая снова захлёстывает
Кассета VHS с надписью «Чистое зло» кочует из рук в руки, и каждый новый владелец запускает запись, не подозревая, что плёнка уже выбрала свою жертву. Три женщины оказываются заперты в трёх разных историях, где мужчины решают, как им жить, дышать и выглядеть. Героиня не борется с монстром извне - ей приходится вырываться из объятий того, кто называет себя заботой. То, что начиналось как бытовая