Матти Гешоннек


Осень 2012 года. В особняке немецкого предпринимателя Вернера Ламберга полиция застаёт его жену Сандру в истерике, а на полу - следы крови и борьбы. Вернера арестовывают по обвинению в жестоком нападении, но он настаивает на своей невиновности. Судья Катарина Вайс получает дело, где нет свидетелей, а есть только два взаимоисключающих рассказа об одной ночи. Истец убеждена, что едва выжила.
Юдит, профессор философии, садится в машину на парковке отеля. До родителей, с которыми она собиралась встретить Рождество, она не доедет: её перехватывает госбезопасность и запирает в комнате для допросов. Офицер Томас знает о её жизни, отношениях и политических взглядах больше, чем она сама помнит. Слежка велась месяцами. Теперь Томас вбивает в разговор одну и ту же формулировку: она
Двадцать января 1942 года. Пятнадцать высокопоставленных чиновников нацистской Германии съезжаются на виллу у озера Гросер-Ванзе. Формальная повестка - «окончательное решение еврейского вопроса». За столами с бумагами и графинами люди в мундирах решают, как организовать уничтожение одиннадцати миллионов человек. Герой здесь - сама система: её бюрократический цинизм и холодная расчётливость. Никто
Она входит в зал берлинского суда, чтобы дать показания. Он садится по другую сторону - подсудимый, который отрицает каждое слово. Для неё это не просто дача показаний: её правда должна выдержать перекрёстный допрос, юридические формулировки и взгляды присяжных. Для него ставка - собственная версия событий, которую адвокат выстраивает как единственно возможную. Суд превращается в поле, где