Сорок лет, рекорды в боях без правил и никаких обязательств: Кирилл построил жизнь, где вечером - ринг и гонорар, утром - новая девушка, которая исчезает до завтрака. Эта система рушится в тот миг, когда на его кухне за столом оказывается пятилетняя девочка. Виктория уже собрала вещи и твёрдо намерена жить с папой. Чемпиону, который привык вырубать противников за минуту, предстоит столкнуться с
Саша - суррогатная мать, но она не просто вынашивает ребёнка и уходит. Вопреки правилам, она переезжает в дом заказчиков, в особняк чиновника Вадима и его жены Марины. Её мир - не их мир. Для этой пары она «контейнер», временный сосуд для будущего наследника, новая игрушка. Саша теряет себя в чужом пространстве, где её тело и жизнь больше не принадлежат ей. Она оказывается в положении, где её
Лиза, в потёртой кофте с капюшоном, ждала Антона у остановки на проспекте Сахарова. Он опаздывал, как всегда, — в руках у неё дымился стаканчик из ларька «Кофе-Тут», а наушники играли «Кино» слишком громко. «Ты опять не выспался?» — спросила она, когда он вынырнул из маршрутки, с рюкзаком, заляпанным акриловыми красками. Антон, морщась от солнца, протянул ей чек из художественного училища:
Анна, затянутая в потертый свитер, вечно путала маршруты автобусов. Максим, таксист с треснувшим экраном телефона, подобрал её у «Книжной лавки» под ливень, когда она роняла стопку библиотечных каталогов в лужу. «Тебе на площадь Революции? Там же пробки до вечера», — буркнул он, поправляя зеркало с отклеившейся пленкой. «Я всегда опаздываю. Сегодня не исключение», — ответила она, вытирая джинсы
87-летний старик записывается добровольцем на фронт. Николай Александрович Морозов знает, что такое тюрьма: за плечами тридцать лет царской каторги и пожизненный приговор. Но когда начинается Великая Отечественная, он не остаётся в стороне. Старость не причина прятаться, а долгая жизнь не гарантия покоя. Морозову есть что терять - не столько годы, сколько право самому решать, за что стоять до