Давид Вербэк


Ночной Тайбэй, случайный кадр: девочка с воздушным змеем. Голландский фотограф нажимает на спуск, не зная, что этот снимок станет ловушкой. Вернувшись в Европу, он снова и снова вглядывается в изображение, и каждый раз память вытаскивает собственное детство. Детство не отпускает - и не защищает. Чем чаще он смотрит на чужую беззаботность, тем острее чувствует, как взрослая жизнь превращается в
Золотой унитаз в центре гостиной - не роскошь, а ещё одна скучная вещь. Компания молодых наследников, у которых есть всё, кроме интереса к жизни, обнаруживает, что превратилась в вампиров. Проклятие выглядит как очередная привилегия: бессмертие, сила, возможность не спать по ночам. Никто не паникует. Никто не ищет способ снять порчу. Герои примеряют новую природу как дизайнерский костюм, не