Эдвард Беннетт


Лина Морган, инженер-робототехник из Бостона, в дождь застряла в дублинском пабе «The Rusty Nail», поправляя очки и тыкая в планшет с чертежами искусственного нейрона. За соседним столиком Майя О’Коннелл, татуированная художница-граффитист, размазывала акварель по скетчбуку, бормоча: «Твои алгоритмы не предскажут, как треснет краска на этой стене через год». Их столкновение началось с спора о
Элла, юрист с привычкой жевать колпачок ручки во время работы, впервые встречает Клару в коридоре франкфуртской клиники. Пациентка, одетая в выцветший халат с пятном от чая на рукаве, тычет пальцем в договор: *«Они пишут, что я не понимаю последствий. А я считаю дозу нейролептиков в уме, пока эта медсестра смотрит сериалы»*. Элла замечает, как Кара дрожащей рукой прикуривает сигарету от плиты в
Роберт Стеррок, премьер-министр, в своём кабинете на Даунинг-стрит, 10 допивал кофе, когда свет меркнул и погас окончательно. За окном, вместо привычного лондонского гула, нарастала тишина, прерываемая автомобильными сигнализациями. Её директор по коммуникациям, Анна Маршал, сообщила, что «погасло всё, от Эдинбурга до Брайтона», и что это не кибератака. «Солнце выстрелило в нас корональным