Когда в одном из типичных городских дворов обнаруживают тело молодого человека, с первого взгляда кажется, что это обычное самоубийство. Но детектив, взявшийся за расследование, быстро понимает, что всё гораздо сложнее. Каждый, кто знал погибшего, описывает его по-разному: для коллег он был надежным и трудолюбивым, для соседей — тихим и замкнутым, для друзей — душой компании, а для бывшей девушки
Алиса, 22 года, разливает латте в кофейне на улице Куйбышева. После смены бежит в пятиэтажку 1963 года постройки — бабушка Нина ждет лекарств от астмы. В подвале, где пахнет грибком и старыми покрышками, она репетирует: прикрученное к трубе зеркало, потрескавшийся линолеум, из динамиков хрипит «Арлекино». «Опять на кроссовках грязь?» — хрипит Нина, разглядывая следы на пороге. Алиса прячет
Артём, в потёртой куртке с оторванным карманом, находит в подвале хрущёвки пожелтевший дневник с чертежами какого-то механизма. «Лида, глянь, тут про твой завод», — бормочет он, разбирая корявые подписи: *"Шахта №4, 12.1986"*. Подруга, не отрываясь от паяльника, бросает через плечо: «Мой старик исчез, когда ту шахту закрыли. Говорил, там не уголь добывали». Дед Виктор, сосед Артёма,